– Не та ли это мифическая фракция товарища Гао Юйляна?
– Да. К примеру, Ци Тунвэй, Хоу Лянпин, еще Чэнь Хай – в юные годы все они учились у товарища Гао Юйляна, – кивнул Цзи Чанмин.
Ша Жуйцзинь замолк на минуту, нахмурил брови и очень строго спросил:
– Товарищ Чанмин, ты старый партиец. Так ты считаешь, что в нашей провинции есть такая вот политико-правовая фракция? Говори правду, как есть!
Цзи Чанмин осторожно произнес:
– Трудно сказать, всё в облаках и в тумане, вроде как есть, а вроде как и нет. Если говорить, что Хоу Лянпин и бывший начальник Департамента по противодействию коррупции Чэнь Хай – люди политико-правовой фракции, то я не верю!
Ша Жуйцзинь никак не обозначил свою позицию, а лишь произнес:
– Чэнь Хай сейчас лежит в госпитале, так что не будем говорить о нем, но ты заставил меня обратить внимание на Хоу Лянпина.
Цзи Чанмин продолжал:
– Хоу Лянпина я предупредил сразу, как только он прибыл сюда, чтобы занять должность. Он умеет внимательно слушать и понял ситуацию относительно фракций. Но сказать, что нет никакого узкого кружка кадровых политико-правовых сотрудников, боюсь, тоже нельзя. Начальник Департамента общественной безопасности Ци Тунвэй как раз и есть центральная персона этой группы, он постоянно устраивает встречи выпускников политико-правового факультета!
Ша Жуйцзинь наконец уловил, что к чему:
– Хорошо, все обстоятельства я понял. Товарищ Чанмин, не беспокойся, веди дело Оуян Цзин так, как его следует вести! И не надо смотреть на выражение лица Ли Дакана. Также не надо ломать голову над тем, что подумает Гао Юйлян. Помни лишь правило: «Исходи из реальности, действуй по закону!» Кроме того, передай также пару слов товарищу Хоу Лянпину – скажи ему, что я, Ша Жуйцзинь, и партком провинции благодарят его как начальника Департамента по противодействию коррупции!
Цзи Чанмин остолбенел:
– Секретарь Ша, за что же вы благодарите Хоу Лянпина? Что такого хорошего он сделал?
Ша Жуйцзинь, глядя в окно, с глубоким чувством сказал:
– Заблокировав автомобиль Ли Дакана, он спас его политическое будущее!
Эти его слова шли от сердца; он искренне благодарил молодого начальника Департамента по противодействию коррупции, который, не испугавшись силы и власти, помог ему, Ша Жуйцзиню, заблокировать в провинции огромнейшую проблему.
За окном виднелись длинные ветви и густая листва высоченных белых тополей, в их кронах играли стаи сорок. Расправив свои черные крылья и белые хвосты, они перескакивали с ветки на ветку, наполняя всё вокруг энергией жизни. Настроение Ша Жуйцзиня постепенно улучшалось.
Чжао Дунлай слыл мастером уголовного сыска. Став следователем, он в первый же год получил благодарность от Министерства общественной безопасности за раскрытие крупного дела и снискал в профессиональных кругах определенную известность. Нестандартный ход мыслей в его расследованиях называли уникальным, что вызывало легкую зависть коллег. Сейчас на руках у Чжао Дунлая была аудиозапись заявителя, извлеченная из раздавленного на месте ДТП мобильника Чэнь Хая. Она, несомненно, имела отношение к произошедшему с Чэнь Хаем несчастью. По предположению Чжао Дунлая, аудиозапись в мобильнике Чэнь Хая принадлежала Цай Чэнгуну, да и Цай Чэнгун тоже признал, что сделал заявление Чэнь Хаю по телефону. Однако это противоречило результатам криминалистической экспертизы: сопоставительный фонетический анализ аудиозаписи показал, что голос человека, оставившего заявление, совпадает с голосом Цай Чэнгуна менее чем на тридцать процентов.
Но если заявитель не Цай Чэнгун, то кто же это? Цай Чэнгун в то время, когда была сделана аудиозапись, не особенно склонялся к сотрудничеству. Чжао Дунлай решил еще раз записать голос Цай Чэнгуна. Едва он отдал соответствующий приказ, как в дверь легонько постучали; затем она отворилась, и в помещение невозмутимо вошел секретарь горкома Ли Дакан.
Чжао Дунлай изумленно воскликнул:
– Секретарь Ли, вы здесь? Каким образом?
Ли Дакан сел на стул, стоявший по другую сторону служебного стола Чжао Дунлая:
– Э, да вот хочу разъяснить тебе некую ситуацию!
Чжао Дунлай, обойдя стол, подошел к кулеру и заварил Ли Дакану чай.
– Что за ситуация?
Ли Дакан грустно прикурил сигарету и, полувздохнув-полувыдохнув, выпустил клуб дыма.
– Ситуация с моей бывшей женой Оуян Цзин.
Чжао Дунлай передал Ли Дакану заваренный чай.
– Бывшей женой? Всё-таки развелись? Ну и слава небу и земле!
Ли Дакан не без раздражения махнул рукой:
– Дунлай, я хочу знать: у Оуян Цзин действительно есть проблемы?
Чжао Дунлай ничего не скрывал:
– Действительно есть! Заявление Цай Чэнгуна вовсе не выдумка.
Ли Дакан задумался:
– Но почему Цай Чэнгун заявил лишь на одну Оуян Цзин? Какие у него отношения с Дин Ичжэнем и Гао Сяоцинь? И с этим Хоу Лянпином из Пекина?