– Я тоже как раз думаю над этими вопросами, – ответил Чжао Дунлай. Потянув к себе стул, он сел перед Ли Даканом и начал докладывать секретарю горкома о том, что совсем недавно следственная бригада городского отдела, вскрыв крупное дело по незаконному привлечению денежных средств, неожиданно вновь обнаружила след Цай Чэнгуна. Цай Чэнгун под огромный процент взял ссуду в шестьдесят милллионов юаней из незаконно собранных общественных денег. Вступив в сговор с Дин Ичжэнем, купил шахту, и они вместе занялись торговлей каменным углем. Самым подозрительным оказалось одно обстоятельство – находясь в Торонто, он исчез из-под наблюдения.
Ли Дакан удивился:
– Как это так? Руководитель группы преследования – Ци Тунэвй, заместитель руководителя – ты!
Чжао Дунлай ответил с горькой усмешкой:
– В этом-то как раз и проблема! Ци Тунвэй связался с генконсульством в Торонто напрямую. Он первый, кто получил информацию. Так какая фамилия у этого товарища Ци, начальника департамента, – Чан или Ван[58]?
Ли Дакан свирепо загасил в пепельнице наполовину выкуренную сигарету.
– Хороший вопрос, Дунлай. Если фамилия этого человека Ван, трудно будет поймать Дин Ичжэня!
Поднявшись и сделав круг по кабинету, Ли Дакан вновь подошел к Чжао Дунлаю:
– Вопросы к Оуян Цзин – это вопросы к Оуян Цзин, но сколь бы они ни были важны, они не отменяют вопросов к Дин Ичжэню и другим. Ты возьми-ка под пристальное наблюдение этот курорт – виллу «Шаньшуй»! Как мне сказали товарищи в горкоме, Дин Ичжэнь постоянно туда гонял, и этот начальник управления по фамилии Ван тоже сейчас постоянно гоняет туда! Скажи, пожалуйста, и что это у них там за дела? Только выпить и закусить?
Чжао Дунлай ответил просто:
– Пока не ясно. Однако, секретарь Ли, я уже взял их на заметку!
Ли Дакан, прищурившись, смотрел в окно, по-прежнему не собираясь уходить. Похоже, секретарь горкома о многом хотел сегодня поговорить со своим подчиненным, начальником отдела общественной безопасности. И действительно, Ли Дакан вскоре сменил тему разговора:
– Дунлай, в плане отстаивания принципов тебе надо учиться у Хоу Лянпина из Пекина! Говоря откровенно, мне вовсе не нравится этот человек, но я восхищаюсь его характером, его силой духа! Он публично заблокировал мою машину, заставив меня дико разозлиться, но гнев уже прошел, а этого человека я действительно должен хорошенько поблагодарить! Ты подумай: если бы он не устроил эту погоню, если бы я в соответствии с просьбой Оуян Цзин доставил ее в аэропорт и позволил бы ей, подобно Дин Ичжэню, благополучно вылететь за границу – как бы я отчитывался перед парткомом провинции и ЦК? Думаю, я не смог бы объясниться с товарищем Жуйцзинем.
В ответе Чжао Дунлая чувствовалось искреннее восхищение:
– Да, такие, как этот начальник Департамента по противодействию коррупции, редко встречаются!
Ли Дакан повернулся и бросил на него взгляд искоса. Выражение лица у него было такое, будто он, глубоко изучив собеседника, хвалил его за искренность. После довольно долгого молчания он задал неожиданный вопрос:
– Дунлай, а вот если бы ты оказался на его месте – ты смог бы так же бесстрашно преследовать столь крупную цель и оставаться твердым в своем решении ее заблокировать?
Чжао Дунлай на мгновение замер, а потом начал осторожно подбирать слова:
– Этого я не скажу точно, может быть, смог бы, а может, и нет.
Ли Дакан махнул рукой:
– Не надо про «возможно», думаю, ты бы не смог. Даже если бы ты настиг меня, ты не смог бы действовать так же твердо и остановить мою машину. Ты бы начал докладывать в партком провинции, а доклад – это процесс, это время, и Оуян Цзин, пользуясь случаем, улетела бы!
Чжао Дунлай признал, что Ли Дакан прав:
– Да, я бы подстраивался под вас и вполне возможно, что доложил бы, но уже после отлета Оуян Цзин.
Ли Дакан тяжело вздохнул:
– А ведь и правда, сделай ты так, ты подогрел бы мое высокомерие.
Договорив, Ли Дакан с сумрачным видом покинул кабинет Чжао Дунлая.
В этот момент Чжао Дунлай внезапно обнаружил, что изначально прямая как стрела спина Ли Дакана слегка сгорбилась. Этот мощный политик никогда прежде не был в таком состоянии…
Происшедшее с Оуян Цзин потрясло Ли Дакана. Ему непременно хотелось найти кого-то, чтобы всё это обсудить, унять охватившее его смятение. Начальник городского отдела общественной безопасности Чжао Дунлай – далеко не лучший выбор. Он подчиненный, да и речь шла о деле, касающемся Оуян Цзин, что не позволяло Ли Дакану делиться сокровенными мыслями. Вот уж правда: донос этого подлеца Цай Чэнгуна на Оуян Цзин привел в хаос всё – его работу, жизнь, образ мыслей…