Минут десять шли молча. Изучали звериные следы, искали проявления магии и те изменения, что принесла с собой последняя Волна. К своему стыду Артём не знал с чего начать разговор. Наработанные на Земле шаблоны здесь не имели смысла, а новые, в силу объективных причин, не успели появиться. Катя же определённо о чём-то догадывалась, но помогать не спешила. Более того, старательно делала вид, что ничего особенного не происходит и о чём-то ворковала с сидящим у неё на плече додиком.
– Что со зверёнышем делать собираешься? Так и будешь с собой носить или сыну подаришь? – спросил, наконец, Артём, мысленно благодаря карманное чудище за подсказку.
– С Лапой? Ещё не решила. Он забавный и пользу приносит, – ответила Катя, угощая питомца местным аналогом богомола. Додик к подношению отнёсся благосклонно и поблагодарил хозяйку мелодичной трелью. – Хотя ты прав, командир, малыш скучает без меня, а это голубоглазое чудо умеет прекрасно поднимать настроение.
Подтверждая её слова, Лапа вдруг надулся как орех, с потешной важностью изобразил нечто вроде украинского гопака и звонко чирикнул. Представление немедленно было вознаграждено ещё одним насекомым.
– Вижу… – хмыкнул Артём. – Кстати, меня можно и по имени называть. А то эта официальщина уже напрягать начинает.
– Ох, но ты ведь… Артём… бываешь таким строгим начальником, аж мороз по коже. – Катя кокетливо повела плечиком.
– Просто я разделяю официальные и личные отношения. Во всяком случае стараюсь. – Артём недовольно дёрнул щекой. В голосе женщине слышалась неприкрытая ирония, и ему это не нравилось. – Ах да, насчёт Лапы… Я бы не советовал отдавать его ребёнку. Да и вообще держать при себе.
– Что так? – удивилась Катя. – Он не кусается, не царапается, очень чистоплотен и пахнет приятно. С чего такая немилость?
Артём едва сдержал вздох. Ну почему очевидные ему вещи другим надо объяснять?!
– Ты забыла, кто его тебе подарил?
– Один очень милый мальчик, – ответила Катя не без вызова и ехидно добавила: – Артём, не обижайся, но это выглядит как ревность.
Артём почувствовал, что у него заалели уши. Хорошо хоть под капюшоном не видно, иначе от стыда бы сгорел.
– Это-то здесь причём?! – ответил он чуть резче, чем требовалось. – Твоя мурлыкающая игрушка – подарок Зверолова. Самого сильного Зверолова Сосновска, предел способностей которого нам неизвестен. Кардинал может влиять на людей через сны, а что может Пётр? Кто знает, какие приказы он вложил в этого чёртова додика? Слушать разговоры и передавать их хозяину, воровать секреты, убивать?!
Артём заставил себя остановиться, мысленно проклиная длинный язык. За каким Хлоком ему понадобилось превращать флирт в диспут «о данайцах, дары приносящих»?!
– Ты параноик, – сказала Катя хмуро и подозрительно покосилась на притихшего додика. – Не забывай, твой Пётр – мальчишка, а ты лепишь из него монстра…
– Ой, да никого я не леплю. Всего лишь предостерегаю от возможных неприятностей и говорю, что сам бы сделал на твоём месте. Даже на своей правоте не настаиваю. – Артём вздохнул. – Считай, это были просто мысли вслух.
– Хороши мысли. – Катерина с возмущением покачала головой. – Не верю и не хочу верить ни единому слову! Это ж надо такое придумать: бедного Лапу назвать шпионом и убийцей. – Женщина погладила любимца по голове и тут же непоследовательно добавила: – А сыну отдавать его всё-таки не буду. На всякий случай.
Некоторое время шагали молча. Пока Артём не обнаружил крохотный родник, а рядом с ним остатки кострища. Впереди замаячила перспектива встречи с чужаками, и стало не до праздных разговоров. И пока не разобрались что к чему, общались сугубо по делу.
Однако на обратном пути Катя неожиданно спросила:
– Ты говорил про личные отношения… А разве они у нас есть?
Артём от неожиданности споткнулся и едва не свалился в кусты колючки. Женское умение выхватывать из всего разговора отдельные фразы и на их основе делать какие-то выводы всегда ставило его в тупик.
– Нет, – сказал он коротко. Немного помедлил и добавил: – Но это не значит, что я их не хочу.
Всё, слово сказано. И сразу стало как-то легче дышать. До Переноса он давно бы шутил и смеялся, развлекал даму весёлыми историями и виртуозно подводил её к нужной теме. Теперь так не получалось. Что-то в нём надломилось, куда-то ушла лёгкость бытия, пропала искромётная ирония и само желание развлекаться. Балагур Тёмка исчез, а ему на смену пришёл мрачный и злой Сноходец Артём.
– Ничего себе! – немного наигранно удивилась Катя. – Почти предложение руки и сердца.
– По другому не умею, – развёл руками Артём. – Ну, раз ты всё понимаешь, то хочется услышать твой ответ.
Катя придвинулась ближе и легонько сжала его запястье.
– Эх, Артём, Артём… даром, что руки в крови по локоть, а ведёшь себя как чистенький мальчик из приличной семьи. Небось, была бы возможность, ты бы костюм надел и цветы подарил.
От обвинения в излишней культурности и щепетильности Артём растерялся. Чего чего, а такого он не ждал.
– Не вижу в этом ничего криминального.
