Всюду меня явно окружала какая-то откровенная дикость и целый набор разнообразных по своей насыщенности событий. Потом, уже скоро я растерянно стоял на безлюдном берегу небольшой реки, длинной плотной полосой вьющейся по желтой равнине с редкими деревьями и короткой травой. Голубое небо казалось таким тяжелым и давящим, наверное, из-за моей тревоги и спешки, которую я испытывал в достатке, поскольку мне казалось, что кто-то давно за мной гнался. Точнее за нами. Вскоре каким-то чудом я оказался на самой середине этой реки, но она все сужалась и мутнела, а я так и замер на островке земли, глядя по сторонам на редкие желто-осенние прибрежные кроны.
— Ох.. нет-нет-нет! — обеспокоенно выдохнул я, ошеломленно глядя на виднеющуюся вдали группу каких-то шалопаев, растрепанных и грязных, и они-то как раз и гнались за мной, пытаясь отнять что-то ценное, что было при мне.
Я осмотрелся, видя, что берег стал уже очень близко, но вода была настолько мутной и словно тугой, что жутко даже не хотелось к ней прикасаться. Но, так или иначе, надо было прыгать, а я так и застрял в беспокойном сомнении, отмечая, что разбойники уже скачут ко мне по таким же островкам, вынырнувшим из грязно-желтой опасной воды.
Я сходу схватил за руку стоящую рядом Марику и стал тянуть ее вперед.
— Я прыгну, потом ты, ясно?! — громко тараторил я, видя, как она часто кивает и беспечно при этом считает ворон по сторонам, тогда как нам так ярко в этот миг грозит смертельная опасность. — Не урони только!
Сердце больно колотилось и громко било набатом в груди, а в ушах, будто заклинание, повторялось без конца какое-то одно-единственное неведанное слово, не похожее ни на что, как-будто язык был каким-то ненастоящим и странным, и это адски бесило, я нервничал и с силой сжимал кулаки, но этой силы совсем не было, и пальцы казались совершенно непослушными. Враги были все ближе, Марика тормозила и тоже не слушалась, так не вовремя капризничая, и я, еще раз строго повторив ей план наших действий, разогнался за пару шагов и безоглядно махнул через узенький ручей, некогда являвшийся рекою. Чувство, будто под водой живут неведанные плотоядные твари, не покидало меня изначально, потому эта река и была такой опасной и злой, с тугим, тяжелым течением и смертельной глубиной, даже будучи таким вот ручейком.
Нас уже настигали, что-то грозно и даже издевательски крича, а Мари, сомневаясь, пугливо переминалась на том островке, уже малость подвижном, и никак не собиралась прыгать за мной.
— Ну?! — закричал я, протягивая к ней руку, но та, вдруг заплакав, вся скуксилась и, глотая слезы, обиженно выдала:
— Ты выбросил мое колесо!
— Как? — ошалел я, не понимая, как такое вообще случилось, и тут же хмуря брови, а потом она прыгнула, роняя мне под ноги красный маркер, а сама по пояс провалилась в эти грязно-желтые волны глубокой реки.
Я вправду кое-как ее, глухо давящуюся кашлем, вытащил на берег.. Потом я и вовсе резко и мощно оттолкнул жену подальше от этой ужасной воды, надрывно переводя дух рядом с ней и наконец-то расслабляясь, но Марика вдруг громко и будто испуганно закричала, а в совершенно чистом, безоблачном небе тут же раздался звенящий раскат гулко вибрирующего грома. Получилось..
Тем временем Билл уже по своему обыкновению молча и сонно стоял напротив зеркала в серой темноте ночной комнаты, слабо освещаемый свечением полной луны. Его пустой взгляд безразлично упирался в поверхность отражающего стекла, а тело, будто фарфоровое, недвижимо замерло на месте.
Шепот Туомасса не покидал теперь его даже во снах и все чаще звал подойти поближе, подсказывая, что делать дальше и говорить, а парень лишь покорно слушался, приближаясь и снова питая Туомасса своими иссякающими силами, который всего несколько секунд назад практически взял его движения под контроль.
— Молодец, Билл. Сейчас.. Еще немного, — подрагивая от нетерпения, выдыхал монстр сквозь зубы, страстно прожигая алым покоряющим взглядом очей юношу напротив, который уже совсем скоро распахнул глаза, возвращаясь в реальность.
— Ты! — спросонья едва не грохнувшись на пол от страха, вскричал я, неожиданно находя себя не в постели, а в практически полном мраке перед зеркалом в комнате. — Как я здесь.. Что ты..
— Иди ко мне, — привлекая в свои теплые объятия, волшебно и лестно пропел мужчина, улыбаясь, и я в растекающемся по коже мурашками восторге невольно засиял от хлынувшего на меня счастья, стоило только почувствовать эти головокружительные касания.
— Я.. тоже хочу прикоснуться. Туомасс, как же.. — шептал я, проводя рукой лишь по пустоте там, где в отражении стоял так рядом он. — Черт, я так ждал.. — с трепетом принимая заигрывающие поглаживания и чувствуя на губах манящую влагу его поцелуев, я только замычал от удовольствия, стремясь податься навстречу и ответить, но реальность была непреклонна. — Почему.. — в едва заметном свете луны различая его силуэт в отражении, прохныкал я, начиная оскорбленно сердиться, и даже сжал кулаки от этой убивающей безысходности.
