– Ну хорошо. Я здесь не для того, чтобы убивать немцев. Я еще не убил ни одного. Осмелюсь заметить, сэр, что из нас двоих для ваших соотечественников по-настоящему опасны вы. Немцев будет погибать все больше и больше, и англичан, и русских, и даже лягушатникам достанется. А может, и американцам. Прямо сейчас остановить мясорубку нельзя. Но есть основания надеяться, что сведения на этой фотопленке, которые не имеют отношения к военному делу, способны приблизить конец войны как минимум на два года. Не знаю, сэр, как вы, а я устал от нее до смерти.
– Справедливо. Я тоже сыт ею по горло. Ладно, вот ваш пистолет, вот фотоаппарат, вот самолет, а теперь проваливайте.
– Можно один-единственный вопрос?
– Да.
– Как завести мотор?
– Вы что, управлять не умеете?
– Умею… чисто теоретически. Летать мне доводилось, и я наблюдал за пилотом. Да и в кино видел: ручка на себя – подъем, от себя – снижение. Вправо, влево – разворот, а еще педали…
– Ну вы и фрукт!
И немец объяснил англичанину, как включать зажигание, где находятся тормоза, как набрать взлетную скорость, где расположен компас, который покажет верное направление – строго на север.
– Выше ста пятидесяти метров не поднимайтесь. Скорость – сто пятьдесят километров, не больше. Никаких лишних движений. Как доберетесь до Англии, найдите лужок помягче и снижайтесь. В самый последний момент вырубите магнето, пусть машина сядет сама.
– Так и сделаю.
– И еще одно запомните, англичанин. Вы мастер своего дела – лучший из всех, кого мне доводилось ловить. Но я вас все-таки поймал.
– Джентльмены, – заговорил сэр Колин Габбинс, – надеюсь, вы простите капитану Сент-Флориану его внешний вид. Бэзил только что вернулся из-за рубежа и запарковал самолет при помощи дерева.
– Сэр, меня уверили, что дерево выживет. И слава богу – на моей совести и так уже слишком много грехов.
Правая рука Бэзила была в гипсе – результат падения с вышеупомянутого дерева. Торс под рубашкой обмотали прочной эластичной лентой; ее понадобилось несколько миль, чтобы соединить концы четырех сломанных ребер. Здоровенный синяк на лице, поставленный напоследок гауптштурмфюрером СС Бохом, сошел лишь отчасти – желтизна и отечность щеки производили отталкивающее впечатление, как и сине-фиолетовый обод вокруг налитого кровью глаза. Но больше всего неудобств доставляло расшибленное колено – Бэзилу даже пришлось завести трость. Не отпускала и пульсирующая головная боль, без которой не обходится сотрясение мозга.
И тем не менее, будучи стойким и мужественным британским офицером, Бэзил явился в мундире, – правда, китель был наброшен на плечи.
– Вижу, вас изрядно потрепало, – сказал адмирал.
– Бывали и взлеты и падения, сэр, – ответил Бэзил.
– Все мы понимаем, для чего здесь собрались, – заговорил чуждый иронии генерал Кэвендиш. – И мне хотелось бы узнать, чем мы теперь располагаем.
Как и в прошлый раз, они сидели в сумрачном зале для совещаний под зданием казначейства, в логове премьер-министра. Здесь все пропахло сигарами великого политика – хочешь не хочешь, а терпи. Несколько плакатов, карт и бодрых лозунгов, призывающих исполнить свой долг, – вот и весь декор. Как и в прошлый раз, напротив Бэзила сидели четверо: генерал, адмирал, Габбинс и моложавый мужчина в твидовом костюме, профессор Тьюринг.
– Профессор, – обратился к нему сэр Колин, – вы провели эти дни в сельской местности, не получая свежих новостей. Полагаю, будет лучше, если вы услышите о приключениях Бэзила из его собственных уст, хотя сведения о результатах миссии были отправлены вам в Блетчли еще неделю назад. Скажите же нам, стоили ли они пота, крови и слез капитана Сент-Флориана?
Кивнув, Тьюринг раскрыл портфель и выложил семь фотоснимков, сделанных «Ригой-Минокс». Это были страницы из «Пути к Иисусу». Вслед за ними профессор достал триста листов бумаги и переворошил их, показывая военным. Цифровые выкладки, колонки рукописных букв, пространные машинописные отчеты.
– Джентльмены, мы не сидели сложа руки, – сообщил Тьюринг. – Мы тщательнейшим образом исследовали снимки. Опираясь на дешифрованный советский дипломатический код, вычленили из слов и букв их математическое содержание и прокачали его через все имеющиеся электронные «бомбе». Привлекли лучших интуитивных дешифровальщиков, обладателей особого таланта, определенного склада ума, позволяющего решать подобного рода задачи без особых усилий. Проанализировали каждую букву, каждую запятую. Испробовали все классические методы взлома кодов. Вновь и вновь сверяли рукописные слова с печатными, содержащимися в книге преподобного Макберни. Даже измерили их с точностью до одной тысячной дюйма, пытаясь найти геометрическое решение задачи. Двое оксфордских профессоров искали скрытый смысл в беспорядочном на вид расположении этих странных крестовидных фигур, которыми разрисованы поля. И пришли к неутешительному выводу: расположение является беспорядочным не только на вид.
Сказав это, Тьюринг умолк.
– Итак? – спросил сэр Колин.
