Этот случай произошел в середине прошлого века
В одном дагестанском городе, то ли в Махачкале то ли в Хасавюрте.
Девушка сидела в кафе и курила, когда увидела молодого человека,
Высокого, красивого, в кожаной куртке.
Очевидцы рассказывают, будто у него были крылья и нимб над головой,
Когда пил воду, она просвечивала сквозь кожу, а что ни фраза – то стих.
Но людям свойственно преувеличивать, такое напридумают порой,
(Вот Святителя Иоанна изображали с крыльями, хотя он легко обходился без них).
Он подсел к девушке и спросил который час и счастлива ли она,
Предложил выпить с ним коньяку, ну, или хотя бы вина.
За вином рассказал, что скоро придет к власти человек, у которого на лбу карта,
СССР развалится, деньги обесценятся, брат пойдет на брата.
И к всеобщему удивлению двигал ложки и чашки силой взгляда,
Превращал грушевый лимонад в настоящую пиноколаду.
А потом вспомнил, что ему срочно надо позвонить и попросил у девушки телефон.
Она дала ему модный тачскрин, но связь в кафе была плохая, поэтому он
Вышел на улицу. И больше не вернулся.
Одни говорят, что молодой человек – обыкновенный мошенник, а двигающиеся чашки – всего лишь ловкость рук;
Другие утверждают, что это был Архангел Гавриил, а телефон забрал, чтобы реальность произошедшего не подвергалась сомнению;
Есть и такие, которые считают, что все это плод воображения сентиментальной девушки и нескольких посетителей кафе – потому что какие мобильники в середине прошлого века?
Осень на мне безвременно кончилась
Серым дождем. И прочее-прочее
В этом же духе. Вижу воочию
В утреннем сне такую картину:
Грязный водоем с густою тиной,
Рыба копченая – по полтине.
Девочка Таня громко плачет.
Мячик там был. А был ли мальчик…
Вот ведь! Чего бы это значило?
Время берет мой день нахрапом.
Руки, колени, слова – в охапку.
Снова зима, мне не идут шапки.
Я узнала б тебя по шагам и по стуку,
Но стеклянная дверь сокращает разлуку.
Хасавюртовский день растворяется в дреме.
И начавшись, декабрь продолжается в доме.
В кухне, в старом шкафу, в ванной комнате, спальне.
(За неточность прости), в креслах, в вазе хрустальной.
Разговор ни о чем, осторожно, негромко,
Как душевнобольной с одаренным ребенком.
И я знаю – у нас (оттого тянет плакать)
Недостаток в крови восклицательных знаков.
Ты говоришь:
«Вот уже который месяц осень живет в нашем парке.
Будто старый друг, попросившийся до пятницы.
Непогода останется в памяти досадной помаркой.
Хотя, в сущности, какая разница».
Я возражаю:
«Нет, это время запуталось в ветках деревьев.
Почерневших от влаги, ставших почти замшевыми.
Наступило пятое время года. Веришь?
Такого никогда не было раньше».
