Живая заинтересованность и еще несколько вопросов в русле разговора позволили сгладить первое впечатление и заодно показали слабое место новой леди Варны — она очень любила учить и помогать. Адель в целом понимала Бальдвина — Зара была уверенной, весьма неглупой, с острыми клыками, которые изящно прятала за улыбкой. А волосы, ну что ж. Если родился с мелкими горскими кудрями, приходится как-то с ними жить.
Прошло еще несколько танцев, Адель позволила Фрицу найти ее, потом снова извинилась, удалившись к подругам. Грета подговорила балмейстера, так что следующий танец оказался чисто женским, и Адельхайд с удовольствием составила тройку с самой Гретой и юной испуганной девицей в розовых илатских кружевах. Зара танцевать отказалась, и, на взгляд Адельхайд, правильно — женские тройки были все-таки весьма вызывающими, а той, кто собиралась ворваться в высший свет за счет мужчины, приходилось быть сдержанной. Объявили тривез — симпатичный простой танец, пришедший из Тривера и разом захвативший все бальные залы.
— Окажете мне честь?
Они с Аластером сказали это одновременно, протягивая друг другу руки. Адельхайд не знала, что именно двигало триверцем — возможно, Фриц подослал друга побеседовать с невестой, но сама она отказываться от намерения потанцевать с ним не стала. Во-первых, тривез с триверцем — это должно быть любопытно. Во-вторых, танцевать парный танец с иностранцем — оказаться в центре внимания публики. В-третьих, она знала все фигуры наизусть, и танец превращался в отличную возможность поговорить без присутствия Фрица. Конечно, тот узнает в общих чертах о разговоре, но вряд ли ему будут пересказывать все, так что Адель надеялась, ее расспросы пройдут незаметно.
Да и расспрашивать не пришлось. Несколько фигур танца, восхищение Аластера тем, как прекрасно у нее получается, и разговор завязался сам.
— Фриц говорил, вы приехали недавно?
— Только вчера! Не спал всю ночь, так что, признаюсь, мечтаю сейчас только о кровати и подушке.
— Снимаете комнату в городе? На Северной всегда пустует несколько симпатичных домов, — принадлежащих лично мэру и сдаваемых за совершенно баснословные деньги, но это уже можно было опустить. Зато престижно, и все до последней монетки шло в казну.
— Я больше люблю гостиницы, — признался Аластер, — но Фриц убедил меня съехать. Теперь делю с ним симпатичную квартиру, всего в нескольких шагах отсюда. Правда, приличный трактир я здесь пока не нашел, может, вы подскажете?
— Конечно!
Она рассказывала об интересных местах Варны и даже улыбалась. Приятно говорить с мужчиной, который не считает, что ты не должна знать о том, где подают лучшие колбаски, и где варят единственное в городе стоящее пиво. Такие жили в трущобах, такие встречались за озером, но среди дожей Адельхайд ни разу не видела никого подобного, а семья, увы, была согласна только на дожа, причем из Сотни.
Впрочем, насколько она помнила правила именования в Тривере, Макгауэр — один из родов-советников королевской четы? Тогда, возможно, Аластер брата бы устроил. На миг Адельхайд всерьез задумалась, не попытаться ли соблазнить триверца — не то чтобы он был ей симпатичен, но по меньшей мере не раздражал, однако столкнулась с тем, что просто не знает, как. Да и слишком они с Фрицем дружили, даже на удивление. Такой не станет вредить будущему семейному счастью.
— Спасибо за танец, Аластер.
— Что вы, спасибо вам, леди! — он задержал ее руку в своей. — Фриц тоже любит этот город. Вы похожи, и я искренне желаю вам счастья вместе.
Адельхайд мило улыбнулась, позволила снова поцеловать себе руку и ушла к окну. Веер в пальцах треснул.
Похожи? Ладно, может быть. Но это не значит, что она собирается мирно обменяться браслетами с этим человеком! Умен? Богат? Их было пятеро, умных и богатых, и еще пять десятков, слава птицам, не получили благословения отца или брата. Они хотели ее купить, сделать залогом сделки, дружбы, приобрести, как картину, которая будет украшать холл.
Ада не желала быть чьим-то товаром. Ни за что.
Канцелярша бегло просмотрела письма, соединила пальцы домиком.
— Вы уже знаете, куда исчез Текамсех?
— Он не выходил из дома и не мог покинуть его магией, — отчитался Сикис. — Полагаем, в доме есть тайный ход.
— Почему вы все еще не нашли его?
— Сейчас отправляемся на поиски, — оправдываться всегда бесполезно, он знал. Смотрел в стену и считал про себя.
Сушью проклятые письма! Нужно было отдать их потом, после выполнения задания. Но их увидели, Сикис подумал, что могут донести и стоит подготовить тыл.
Вот, подготовил. Теперь только стоять и молиться птицам, чтобы позволили довести поиски до конца.
— Вы взяли мага из Цитадели.
— Так точно.
Канцелярша еще несколько мгновений смотрела на него в упор, потом смахнула письма в сторону.
— Работайте, Сикис. Да славится Император.
— Да славится Император!
Перевел дух в коридоре, разозлился там же. Он работает и работает хорошо! Он, птицы возьми, имеет право не бояться.
