– Ты в курсе, что в прошлом, когда строили эти дома, я устанавливала эти системы? – усмехнулась Шарлин. – А теперь зарабатываю на жизнь, отдирая их от черепицы.
Люси не ответила. С каждым щелчком, с каждым взглядом под панель она задавалась вопросом, сохранилось ли у нее право называть себя журналистом. Она и ее статьи… До приезда в Финикс они были аккуратно разложены по полочкам. Каждая на своем месте. А теперь Люси выкатывает из гаража грузовичок, чтобы погрузить в кузов краденые вещи. Участвует в излюбленной забаве жителей Финикса.
Может, в этом и заключается история, думала Люси, снова забираясь на крышу. Настоящая история. Не о том, как Шарлин переквалифицировалась в мародеры. О том, как Финикс избавляет человека от моральных ориентиров. Когда все скверно, ты идешь на отчаянные поступки, и человек, которым ты был, совсем не тот, кем ты стал.
– Эй, Шарлин, – окликнула Люси, подавая ей очередную панель.
– Чего? – Шарлин приняла груз и, кряхтя от натуги, поставила в кузов грузовичка, рядом с остальными панелями.
– Как вышло, что ты не уехала? То есть… когда еще была такая возможность.
Шарлин вернулась и протянула руки, ожидая, что Люси подаст следующую панель.
– Черт… Сама не знаю. Наверное, все это казалось нереальным. Вроде тихого апокалипсиса. В ретроспективе все ясно и понятно, но в моменте… – Подхватив батарею, Шарлин опустила ее на горячий бетон. Облокотилась на нее. Подняла взгляд на Люси. В лунном свете лицо воровки блестело от пота. – Краем глаза вроде замечаешь, как все меняется, а начнешь присматриваться, и ничего не видно. – Она пожала плечами и загрузила панель в кузов. – Мы умеем удирать от хлам-патрулей, ведь это простая и понятная угроза – ясно? Но кому, черт побери, придет в голову убегать от еще одного дня с сорокаградусной жарой? – Тут Шарлин что-то услышала и обернулась. – Что это? Что видно сверху?
Люси распрямилась. На соседней улице сверкнули фары.
– Хлам-патруль!
– Ты должна была смотреть в оба! Ведь на крыше не я, а ты!
Люси не стала утруждать себя ответом. Не стала говорить, что непросто таскать по крыше панели солнечных батарей и при этом следить за обстановкой. Вместо этого она, набрав полную грудь воздуха, спрыгнула на бетон, подвернула ногу, но доковыляла до грузовичка. Лодыжка горела огнем. Люси распахнула дверцу и кое-как забралась в кабину.
– Заезжай в гараж! Они совсем рядом!
Чудовищно долгое мгновение двигатель отказывался работать. Затем ожил. Автоматически включились фары – маяк, сигнализирующий о том, что по району шныряет ворье.
– Что ты творишь?
Люси погасила фары.
– Ну давай же! Давай!
– Пытаюсь! – Люси врубила передачу, и грузовичок с ревом скрылся в гараже. Шарлин захлопнула ворота. Люси выскочила из кабины и чуть не упала от жгучей боли в ноге.
– Нас видели? Видели?
– Молчи, дай послушать!
Обе прижались ушами к металлическим воротам и напрягли слух: ну что там? Голоса? Рации? Кто-то вызывает подкрепление? Прошла минута. В ушах у Люси пульсировала кровь, с кончика носа капал пот.
Теперь, когда не горели фары, в гараже было темным-темно. Со стороны Шарлин донесся шорох. Что-то еле слышно зажужжало, затем вспыхнул светлячок, малиновый кончик сигареты. Шарлин затянулась, и огонек осветил морщинки вокруг ее глаз. Маркер старожила этих солнечных мест.
– Будешь? – спросила она.
Люси взяла сигарету. Нажала на кнопку. Сделала вдох, ощутила удар никотина по горлу.
– Когда есть риск, что тебе вломят по зубам, чувствуешь себя живее всех живых, – сказала Шарлин, забирая сигарету.
И засмеялась.
– Нельзя ли потише?! – прошипела Люси.
– Не бойся. Они уехали.
– Откуда знаешь?
– Если хлам-патруль сел тебе на хвост, будет много шума. – Она снова затянулась, затем подняла ворота, и в гараж хлынул лунный свет. Снаружи было прохладнее, чем внутри. Облегчение. Свежесть после черной жары.
– Славная ночь, – сказала Шарлин. – Спорим, к рассвету похолодает аж до тридцати семи? – Она сделала еще одну затяжку. – Хочешь обыскать дом? Мало ли, вдруг найдешь что-то нужное.
– Нет. Хочу побыстрее убраться отсюда.
– Как знаешь.
Часом позже, когда над горизонтом забрезжил рассвет, они выгрузили солнечные батареи. Татуированный парень расплатился с Шарлин пачкой бумажных денег и пластиком «Крипто-кеш». Проверив сумму на карточке, Шарлин сунула бумажные деньги в руку Люси.
– Это еще что?
– Твоя доля. Нет, забирай, – отмахнулась Шарлин, когда Люси попыталась вернуть купюры. – Они твои.
– Не могу же я…
– Вы, журналюги, зарабатываете на том, что продаете историю несколько раз. Считай это еще одной версией статьи. Написанной с другой точки зрения. – Шарлин забралась в свой пикап, опустила окно, выглянула наружу. – Завтра встретимся в том же баре. Снова пойдем на дело. В Чендлере есть местечко, где, по моим прикидкам, можно взять двадцать пять киловатт.
– Никуда я с тобой не пойду.
– Ну да, конечно, – рассмеялась Шарлин. – Себе-то не ври.
Ей приснилось, что отец умеет летать. Все будет хорошо, поняла она.
