Все эти различия впоследствии исчезли. Кирасиры сняли с себя кирасу: она уже не защищала от пуль. Уланы, гусары, кирасиры стали, когда это нужно, сражаться в пешем строю, совершенно так же, как драгуны.
Различие осталось только в названиях да в мундирах: кто носил красный мундир, кто — голубой, у одного кивер был украшен блестящим шариком, у другого — конским хвостом.
Впрочем, не совсем так: некоторые особенности сохранила в России казачья конница.
Казаки. Это слово происходит от старинных монгольских слов «ко» — «защита» и «зак» — «рубеж», «граница». Так что оно имело когда-то тот же смысл, что в наше время «пограничник».
Казаками на Руси стали издавна звать тех, кто селился на окраинах страны и отражал неприятельские набеги. Жить здесь было опасно, зато вольнее, чем в глубине страны: не было тут ни крепостного права, ни податей. Сюда шли люди, преследуемые властями, люди смелые, предприимчивые, свободолюбивые.
Казаки всегда были отличными кавалеристами: они с детства учились ездить верхом и владеть пикой.
И в наше время казачья конница сохранила в Красной армии некоторые свои особенности: казаки вооружены пиками, они служат на собственных конях и на параде носят особую форму.
Конь может везти всадника либо шагом — тогда он проходит километр в десять минут, либо рысью, то есть бегом, — километр в четыре-пять минут, либо галопом, то есть вскачь, — километр в две с половиной — три минуты. На короткие расстояния, — например, в атаку — конница применяет карьер, то есть движение во весь опор, когда лошадь несется что есть духу.
Вот эти способы движения лошади — шаг, рысь, галоп, карьер — называются ее аллюрами.
Бывает еще переменный аллюр, когда всадник двигается по-переменно то шагом, то рысью или галопом:
Усидеть на лошади, особенно когда она несется вскачь, не так-то просто. Для этого надо, как говорят кавалеристы, выработать крепкий шлюсс и уметь хорошо взять лошадь в шенкеля.
Прочно закрепиться в седле верхней частью ног — от naixa до колена — это и есть шлюсс. «У него крепкий шлюсс» — это значит: он прочно держится в седле, крепко прижимая к седлу ноги от колена и выше.
Шенкелем кавалеристы называют нижнюю половину ноги — от ступни до колена.
Лошадь берут в шенкеля, чтобы она не слишком резвилась, чтобы чувствовала всадника и повиновалась ему.
Выражение «взять в шенкеля» применяется и в переносном смысле — вроде как «взять в ежовые рукавицы», то есть держать строго, не позволять резвиться и баловаться.
Действие шенкелей усиливается шпорами, которые привязаны к сапогам ремнями с пряжками.
Управляют лошадью с помощью поводьев, шенкелей и баланса, то есть качания корпуса вправо или влево.
Поводья прикреплены к железке, которая лежит у лошади во рту, — к удилам, или трензелю. Многие лошади очень чувствительны к малейшему движению железки во рту и сразу же повинуются воле всадника. Действие трензеля можно усилить мундштуком, то есть дополнительной железкой, которую вкладывают в рот лошади.
За мундштучные поводья нельзя сильно тянуть: от боли лошадь может встать на дыбы и даже запрокинуться назад.
Мундштук особенно полезен тогда, когда приходится править лошадью одной рукой, так как в другой руке оружие.
Некоторые лошади, стараясь переупрямить всадника, умеют крепко зажать удила зубами, как говорят — «закусить удила». Закусив удила, лошадь уже не чувствует боли оттого, что всадник тянет за поводья, теперь она несется, как хочет. Обычно лошадь закусывает удила именно тогда, когда ей хочется нестись быстрее, чем ей позволяет всадник.
Говорят и про человека: «Он закусил удила», когда он перестает признавать разумные доводы и упрямо настаивает на своем, хотя и неправ.
Аллюр, шлюсс, шенкеля, баланс, трензель, мундштук — вот и все основные слова кавалерийского языка.
Шестьсот лет назад испанский король пошел войной на город Алхесирас, занятый в то время арабами. Как и все воины тех времен, испанцы были вооружены копьями, мечами и луками. Они уже готовились к приступу, когда на городской стене появилось вдруг что-то невиданное и, казалось, совсем неподходящее для войны — железная труба на подставке. Это ничуть не было похоже на лук или на копье. В трубу что-то заложили. Потом к ней подошел человек, поднес к трубе раскаленный железный — прут. И сразу же раздался гром, из трубы вырвались пламя и дым, в ряды испанских солдат ударило ядро.
Это было так неожиданно, что все оцепенели. Испанский король решил, что в трубе сидит «нечистая сила». Он приказал солдатам помолиться и потом двинуться на приступ.
Но труба, видно, не боялась ни молитвы, ни креста.
Снова к ней кто-то подошел, поднес раскаленную палочку, и опять гром, дым, огонь! Новое ядро полетело в испанцев.
Сражаться с дьяволом король не решился. Он увел своих солдат подальше от стен города.