О необходимости усиления этой службы вносили свои предложения командованию Красной армии и руководству НКВД многие сотрудники. Об этом свидетельствует, в частности, записка начальника 7 сектора охраны тыла Московской зоны обороны ст. лейтенанта ГБ Давыдова от 21 ноября 1941 г. на имя В.С. Абакумова. Давыдов предложил в каждом районе «иметь хотя бы по одному оперативному работнику особого отдела, чтобы он на месте занимался фильтрацией задержанных военнослужащих, производил первичный опрос и по установлению сведений (дезертир, возвратившийся из плена и др.), в случаях, требовавших дальнейшего глубокого расследования, направлял бы этих лиц в следственную группу особого отдела, находящуюся в центральном секторе – в г. Коломну. Давыдов сообщил, что в двух районах отсутствуют оперативные работники особых отделов, и «все дела по задержанным военнослужащим ведут сотрудники местных отделов милиции, которые ввиду своей малоопытности, следствие ведут поверхностно, не вскрывая шпионов, изменников Родины и диверсантов. К тому же затягивают сроки окончания следствия».
Давыдов был совершенно прав, указывая на недостатки в фильтрационной работе. В своей записке ст. лейтенант госбезопасности просил увеличить штат особых отделов секторов охраны тыла на 3–4 следователя, что позволило бы улучшить оперативную работу. Абакумов не согласился с доводами Давыдова, и 29 ноября 1941 г. ответил ему: «…по количеству следственных дел в особо отделе НКВД Коломенского сектора увеличивать особые отделы не следует. Военкоматы обслуживают районные отделы НКВД… Давно хочется, чтобы эту работу мы приняли на себя»[522]. Но предложение Давыдова было не из желания «принять эту работу на себя», оно исходило из анализа обстановки на этом участке фронта.
Усиления фильтрации потребовало и начавшееся контрнаступление Красной армии под Москвой. ОО НКВД должны были, опираясь на оперативные данные агентуры зафронтовой разведки, проверить на освобождаемой от войск вермахта территории бывших советских военнопленных и лиц, находившихся в окружении противника, устроившихся «на постоянное местожительство в селах и деревнях. По мнению Л.П. Берии, данную категорию лиц необходимо было тщательно проверять и выявлять среди них «изменников Родины, шпионов и дезертиров». Об этом 25 декабря 1941 г. написал И. Сталину, предложив создать специальные лагеря НКВД»[523].
27 декабря 1941 г. постановлением ГКО № 1069сс в рамках Управления по делам военнопленных и интернированных НКВД СССР было решено образовать специальные лагеря для проверки всех бывших военнослужащих, находившихся в плену и окружении противника, обнаруживаемых на освобожденной территории[524]. На следующий день в развитие этого постановления приказом наркома обороны И.В. Сталина № 0521 началось формирование армейских сборных пересыльных пунктов (СПП) (один на армию) и фронтовых проверочно-фильтрационных пунктов (ФПФП) для проверки военнослужащих, освободившихся из плена. Приказом НКВД СССР поручено зам. наркома ВД СССР В.В. Чернышеву и И.А. Серову в трехдневный срок организовать специальные лагеря НКВД: Грязовецкий (Вологодская область), Южский (Ивановская область), Тамбовский (Тамбовская область), Новоаннинский (Сталинградская область)[525].
Один из первых лагерей был построен в г. Подольске. В конце декабря 1941 г. зам. наркома обороны Хрулев отдал распоряжение командующему Московского военного округа о немедленном предоставлении специальному лагерю НКВД помещений в Подольске для содержания бывших военнослужащих. Кроме этого, было предложено обеспечить лагерь казармами и хозяйственным инвентарем, отоплением, освещением и постельными принадлежностями на 2000 человек[526]. К концу февраля 1942 г. было создано 19 спецлагерей, в каждом из которых был образован особый отдел НКВД[527]. В разные периоды войны действовало от 15 до 30 специальных лагерей.
ГКО своим постановлением № 1063сс обязал Управление по делам военнопленных НКВД СССР создать специальный лагерь для выявления среди бывших военнослужащих Красной армии, находящихся в плену и в окружении противника, изменников Родины, шпионов и диверсантов. В частности для Карельского, Ленинградского, Волховского и Северо-Западного фронтов предусматривалось в январе 1942 г. развернуть в районе Грязовцы и Череповца Вологодской области два специальных лагеря НКВД[528].
В лагерях НКВД №№ 99 и 171 были созданы режимные отделения, предназначенные для участников злодеяний и зверств по отношению к гражданам СССР и партизанам в районах, временно находившихся под оккупацией вермахта; для активных нацистов из сотрудников разведывательных, контрразведывательных и карательных органов; для совершивших побеги из лагерей и спецгоспиталей и активно готовившихся к побегам. Для содержания арестованных в лагерях были организованы специальные тюремные помещения.
