Воин-монах на престоле полностью

Вопреки предложениям советников Юлиана, рекомендовавших ему щедро заплатить «немирным» германцам добрым, полновесным римским золотом и серебром за предоставление римлянам права на беспрепятственное и безопасное судоходство по Нижнему Рену, или, попросту говоря – откупиться от «варваров» (на чем настаивал, через своих посланцев, и зорко следивший, глазами сикофантов, за событиями в Галлии, человеколюбивейший август Констанций, почему-то вдруг не возжелавший лить, как воду, человеческую кровь, пусть даже и кровь «немирных варваров»!), решительный и энергичный цезарь принял свои собственные решения. Не дожидаясь подхода из римской Аквитании транспортов с продовольствием, он нанес «варварам» неожиданный, заставший их врасплох, удар, напав за них за два месяца до наступления времени, в которое обычно начинались в Галлии военные действия (а начинались они в месяце июле, названном в честь Юлия Цезаря). Выступив в поход из Лютеции-Паризий, не дожидаясь жатвы, в мае, с семнадцати— (а по другим источникам – двадцати-)дневным запасом сухарей (так называемого «воинского хлеба», или, по-латыни – «панис милитарис»), Юлиан внезапно напал на обитавших в Токсиандрии – расположенной в низовьях рек Моза-Мозы, и Скальдиса (сегодняшней Шельды), еще сравнительно недавно галлоримской, области, самовольно занявших ее салийских, или салических, франков (салиев) и вынудил захватчиков к подписанию договора, по которому они согласились стать подданными Римской «мировой» империи, клятвенно обязавшись впредь защищать ее границы в качестве военных союзников-«федератов». Принудив к миру и обязав к военной службе салических франков, Юлиан по спешно наведенному мосту форсировал реку Мозу, вторгся в область самовольно занявших сочтенные ими «безхозными» римские земли других «немирных» германцев – хамавов (хамабов), также входивших во франкский племенной союз, и всемилостивейше соизволил даровать им «римский мир», «паке романа», на аналогичных условиях.

В качестве гарантии безопасности, для римлян, речного судоходства Юлиан потребовал от хамавов дать ему заложников. «Разве ты взял недостаточно пленных?» – спросили крайне недовоные и прямо-таки удрученные этим требованием хамавы. Однако цезарь заявил, что побежденные – зачинщики войны, и что он требует от них надежных гарантий, ибо подозревает, что их мирные заверения могут оказаться всего лишь коварной уловкой. Когда хамавы разразились горестными жалобами, умоляя цезаря не требовать от них невозможного, ибо они не могут оживить своих мертвецов, Юлиан показал «варварам» плененного им сына их «царя», и заявил, что обещает обращаться с ним хорошо, но оставит его при себе как поруку соблюдения хамавами условий мирного договора. Получив от хамавов требуемых им заложников, цезарь поспешил занять римскими гарнизонами брошенные его предшественниками на произвол судьбы крепости, расположенные по берегам Нижнего Рена.

Однако же одного лишь восстановления старых и возведения новых стен и оборонительных валов оказалось недостаточно для подлинного укрепления границы. Требовалось наладить снабжение войск, предназначенных эту границу охранять и защищать. Поскольку же неплодородная, да к тому же опустошенная «варварами» область белгов, или бельгов[138], не могла служить базой снабжения римских пограничников, потребовалось восстановить так называемый «британский» флот, Classis Britannica (который римляне прежде держали в Британском океане – современном проливе Ла Манш), чтобы на его судах перевозить в Галлию из Британии хлеб, а затем перегружать зерно с морских на речные суда, которые бы потом доставляли его гарнизонным частям по рекам Мозе и Скальдису. Отвоевав устья обеих рек у захвативших их «немирных» германцев, Юлиан нашел там лишь двести выведенных из строя кораблей, гнивших без присмотра в портах. По приказу ‘энергичного цезаря меньше чем за десять месяцев были восстановлены эти двести старых кораблей и построено еще четыреста новых судов. С помощью этого флота Юлиану удалось значительно облегчить решение проблемы продовольственного снабжения римской Галлии. Отныне ему больше не нужно было обеспечивать пропитание защитников границ этой провинции исключительно за счет производимого в Галлии же продовольствия и предоставляемых Галлией же транспортных средств. Цезарь Юлиан шел по стопам другого Цезаря – Гая Юлия – от успеха к успеху.