Ослепленные головокружительными успехами этих обновителей Персидской державы, иллирийские императоры Рима пытались укрепить свою власть и усилить свое могущество, окружая себя все более многочисленным штатом чиновников и преобразовывая империю «потомков Энея и Ромула» в духе авторитарной восточной теократии. Пожалуй, не лишено резона утверждение покойного Сергея Александровича Данилко, что держава цезарей, основанная изначально на народном волеизъявлении, постепенно превращалась в деспотию вроде будущего халифата. К величайшему недовольству христиан, Константин I Великий повелел воздавать представлявшим его высочайшую персону произведениям изобразительного искусства почести, по сути, мало чем отличавшиеся от почестей, воздаваемых «погаными» язычниками изображениям их «праотеческих» богов и обожествленных императоров («идолам», или же «истуканам», с точки зрения всякого верного последователя Ветхого и Нового Завета). Головы на изображениях благочестивых императоров обрамлялись божественным сиянием – нимбом, или ореолом. Сын Константина I Великого – Констанций – подобно своему равноапостольному батюшке, ничтоже сумняшеся, приписывал себе сверхчеловеческое величие, всемилостивейшее дозволяя допущенным на его крайне редкие аудиенции немногим избранным благоговейно прикладываться к своему багряному подолу, как к святыне. Если же снисходил до того, чтобы в особо торжественные дни являть себя своим подданным на изукрашенной парадной колеснице, возвышался на ней неподвижно, словно статуя, не двигая ни головой, ни глазами, как если бы его шея была зажата в тиски. Его облицованный драгоценным мрамором, украшенный мозаикой и золотом палатий (дворец, от названия которого происходят наши русские слова «палата» и «палаты») был прямо-таки переполнен тунеядцами – поварами, брадобреями, кравчими, виночерпиями и евнухами, роящимися вокруг самодержца, словно мухи вокруг овчара в пору летней жары, утварь и ежедневное (не говоря уже о праздничном!) меню покрытого заморским шелком августейшего стола отличались величайшей изысканностью – диковинные птицы и рыбы, свежие овощи, фрукты и ягоды круглый год по сезону, снег летом и розы зимой. Содержание двора человеколюбивейшего августа обходилось римской государственной казне дороже, чем содержание всех легионов римской армии, и тысячи придворных паразитов, все более многочисленных и все сильней сосавших соки из безропотных, запуганных, замордованных вконец плательщиков налогов, не упускали ни малейшей возможности обогатиться за счет государства. Если верить Ливанию, в константинопольском палатии «честно трудилась ради хлеба насущного» тысяча одних только поваров (и столько же цирюльников), не говоря о прочих.
«Не иди по стопам Цезарей и не позволяй себя увлечь – ведь такое бывает…» – писал август-философ Марк Аврелий в своих «Размышлениях» – «Старайся сохранить в себе простоту, добропорядочность, неиспорченность, серьезность, скромность, приверженность справедливости, благочестие, благожелательность, любвеобилие, твердость в исполнении надлежащего дела, употреби все усилия на то, чтобы остаться таким, каким тебя желала сделать философия. Чти богов и заботься о благе людей…».
Koнница Сасанидов
