Еле держась в седле, Джон вошел в открытые ворота, покрытые костями людей. По большому каменному залу раздалось эхо цокающих копыт Демона.
Пройдя тысячи лошадей стоящих в два ряда, вампир упал с коня. Двое его братьев кинулись к нему. Подняв Джона на ноги, они были сильно удивлены от того количества стрел и крови, что окутали его тело и тело черного жеребца.
— Что случилось? — интересовались вампиры.
— Мне нужна кровь! — оттолкнув их от себя, произнес Джон.
Прихрамывая, он пошел дальше.
— Залатайте его! — указав на жеребца, приказал он.
Вампиры, кивнув головами, схватили Демона за узды и повели в стойло.
Еле спускаясь по лестнице вниз, желтоглазый шел за кровью, чтобы излечить свои раны. Братья, что встречались на его пути, рассматривали раненого и следовали за ним, держась на расстоянии позади. Джон часто падал на пол, но, снова поднимаясь, шел дальше. Наконец придя в место, где в холодных клетках находились люди, он, заглянув в одну из них, снял ключ со стены.
Выбрав жертву, раненый открыл железную дверь, но тут же упал на колени. Его глаза стали темнеть, а температура тела быстро падать. Схватив дрожащими руками стрелу, он вырвал ее из своего тела, затем вторую, третью. Серый пол окрасился в красный цвет. Освободив свой живот и ноги от острого серебра, Джон попытался избавиться от стрел в своей спине, но его руки не дотягивались. Братья, столпившиеся подле него, молча стояли и смотрели, не думая даже предложить помощи.
В конце коридора послышались тяжелые шаги. Устремив тусклый взор туда, Джон увидел Валафара. Тот шел медленно и равнодушно.
— Я помогу тебе, — произнес Правитель.
По-прежнему стоя на коленях, Джон положил руки на пол. Валафар подошел к нему сзади и, ухватив сразу две стрелы, вонзил их еще глубже, пробив тело Джона насквозь. Крича от боли, вампир попытался встать, но его братья кинулись к нему и, схватив его, стали держать.
Валафар продолжал вонзать серебро в плоть своего сына. Закончив, он схватил голову Джона и впился огромными клыками в его шею: он сделал десять глотков и отошел от него.
— В клетку его! — приказал он.
Вампиры закинули брата в клетку с людьми и закрыли дверь на ключ. Мужчины и женщины, которые находились там, забились от страха в дальний угол подальше от врага.
Мучаясь от невыносимой боли, Джон сумел сесть, облокотившись спиной о холодную стену.
— Я дал тебе шанс, простил тебя, а ты снова предал меня и посеял свое семя в человеческой твари, — произнес Валафар, заглядывая в клетку.
В тот же миг рядом с Правителем встал Эвен.
— Я следил за тобой тогда, — произнес он, взглянув на друга, — и проследил за вами до города, — добавил он.
— Нет! — промолвил Джон.
— Да, — рассмеялся Валафар, затем, развернув тряпку, на которой был портрет Анны, показал Джону.
— Нет! — еще раз протяжно повторил желтоглазый.
В последний раз взглянув на сына, Правитель направился прочь.
— Выступаем! — донесся его голос громким эхом по каменному коридору.
Расстегнув ремни на корсете, Джон оголил торс. Через его живот выступали наконечники стрел. Схватив один из них, он стал медленно вытаскивать стрелу, морщась от боли. Половина из людей, которые находились в одной клетке с ним, потеряли сознание от увиденного.
Складывая серебро возле себя на пол, желтоглазый вытаскивал стрелу за стрелой. Его кровь ручьем лилась на каменный пол.
Освободив тело от последней, Джон посмотрел на испуганных заложников.
— Мне нужна кровь, — еле слышно произнес он.
Но люди молча сидели, прячась друг за другом.
— Если поможете мне, то я помогу вам выбраться отсюда, — сказал вампир.
Несчастные по-прежнему не делали никаких движений, они боялись. Вдруг позади них привстала девушка: черноволосая и худенькая, в рваном сером платье. Она медленно подступила к Джону. Вскоре, присев подле него, она спросила:
— Ты выведешь нас?
— Даю слово, — ответил Джон, глядя в ее напуганные до смерти глаза.
Тогда девушка молча, убрав волосы от своей шеи, приблизилась к вампиру. Джон обнял ее и прижал к себе, что есть сил, чтобы она не смогла вырваться. Он впился зубами в ее шею и стал жадно пить горячую кровь. Заложница пыталась освободиться, ощущая сильную боль, но вампир держал ее до тех пор, пока не напился.
Выбравшись из его хватки, девушка схватилась за окровавленную шею и, морщась от боли, снова забилась в дальний угол.
Джон не почувствовал прилив прежних сил, кровь исцеляла его, но очень медленно. Ему нужно было солнце. Кровь все еще покидала его тело. Джон закрыл свои глаза и произнес:
— Солнце.
Он стал вспоминать его яркие лучи, но в тот же миг он видел перед собой Анну. Он видел ее улыбку, небесного цвета глаза, ее волосы цветом огненного заката. Через веки Джона показался яркий желтый свет, его раны стали быстро затягиваться.
— Мое солнце, — повторял Джон, ощущая, как его тело снова набирает температуру.
Почувствовав прилив сил, он открыл глаза и нахмурил брови. Яркий свет ярости осветил темную клетку. Подойдя к железной двери он одним ударом ноги выбил ее.
