Сареф почувствовал страшную волну боли, которая прошла по всему его телу. И в этот момент он понял, что ноги его больше не держат. Он упал, не удержав в руках Каезин, и понял, что может только ползать. И хотя решение было очевидным, ему в этот момент стало по-настоящему страшно. Впервые он оказался в Состоянии При смерти. Всегда, везде, каждую секунду до этого его страховало верное Тёмное обнуление. А теперь его нет. И в этот момент Сареф впервые до самого конца осознал, ЧТО он потерял в обмен на свою нормальную Силу. Всё. Права на ошибку больше нет. Теперь малейшая потеря контроля — и он отправляется на перерождение, теряя драгоценные Параметры.
Впрочем, он всё-таки взял себя в руки, вызвав Системное окно.
Почувствовав приток спасительных сил, Сареф поднялся на ноги, сжимая в руках верный арбалет. Кейя, тоже освободившись из ловушки, выпила свой лечебный флакон. И когда они снова повернулись друг к другу… Между ними встал Бреннер…
— Хватит! — твёрдо сказал он, — вы оба дрались достойно. Но, прошу вас, не ради себя — так ради меня: прекратите! Я больше не могу смотреть, как вы избиваете друг друга.
Кейя внимательно посмотрела сначала на Сарефа, потом на Бреннера… и нехотя опустила свой клинок. Сареф медленно последовал её примеру, понимая, что раз уж они оба взбесились до такой степени, что начали применять свои сильнейшие способности, значит, и до убийства дело вполне могло дойти. А до этого Сарефу доводить не хотелось. Не с этого он хотел начать знакомство с друзьями Бреннера. В том числе и потому, что в будущем все они могли стать могущественными союзниками.
Когда Сареф и Кейя вернулись за свой столик, Зак направил в сторону девушки руку, и её обволокло мягкое синее сияние. Эргенаш же, не изменяя своей невозмутимости, совершил такой же жест в сторону Сарефа. И вспыхнувшее перед ним Системное окно показало следующее:
В самом деле, за те 30 секунд, что действовала способность, он восстановил себе половину здоровья. Ещё одно использование Первой Помощи — и вот он совершенно здоров и снова готов драться.
— Должен признать, Кейя, этот парень был не так уж и плох, — заметил, наконец, Зак, — он первый за этот год, против которого тебе пришлось применять восьмую способность.
— Заткнись! — искренне посоветовала ему девушка.
— Так, тихо, тихо, — успокаивающе поднял руки Бреннер, — Кейя, не переживай насчёт того, что ты захотела его убить при первом знакомстве, ничего страшного, это нормально.
— Эй, — возмутился Сареф, — это неправда. Ну… Эргенаш ведь не хотел, правильно? — он посмотрел на стревлога. Тот чуть поморщился. Такое выражение всегда возникало на его морде в тот момент, когда врать было нельзя, но правда может оказаться неприятной.
— По правде говоря, когда я увидел тебя на самых первых твоих Состязаниях, и когда я понял,
— То есть тогда, когда ты предлагал мне пойти поговорить со Стивом — на самом деле ты хотел заманить меня в ловушку?
— Разумеется, нет, — оскорблённо ответил стревлог, — как ты, возможно, помнишь, я поклялся родным болотом, что в том моём предложении не было ловушек. Да и вообще, Сареф,
— Так, — подняла руки Кейя, — давайте мы уже, наконец, разберёмся, для чего ты, Бреннер, нас сюда позвал? Ты говорил, тебе нужна помощь.
— Всё так, — кивнул Бреннер, — мне и моим друзьям нужно попасть в Ханство Поющей Ночи и осуществить поход на Скорпикора.
— Дай угадаю: этому хлюпику нужен его Пояс на Всесистемные Состязания? — хмыкнула девушка.
— Кейя, хватит! — уже куда более настойчиво сказал Бреннер, — этот человек позволил мне снова стать полноценным Системным Жителем и жить нормальной жизнью. Ты можешь хотя бы ради меня поумерить свою неприязнь?
— Сам виноват, — улыбнулась девушка, — нечего было останавливать наш бой. Выяснили бы уже, кто сильнее, раз и навсегда. А теперь я же спать спокойно не смогу.
— Кейя, ему всего двадцать лет — и ты уже хочешь меряться с ним силой? Да какая муха тебя укусила?
— Ничего не знаю. Раз он выиграл Состязания — значит, уже может считаться равным соперником.
— Да, Кейя, ты права, — встрял Сареф, понимая, что эти пререкания могут длиться бесконечно, — мы хотели идти в земли орков. Но сейчас, к сожалению, не пойдём. У нас почти закончились деньги. Поэтому нам придётся хотя бы один раз поработать здесь.
