Однако милость Творца, видимо, сегодня проливалась особенно щедро. Не успело облако пыли, поднятое маршем артиллеристов, показаться за хуторами на дороге, как примчался новый вестовой:
— Командир, у них наш флаг! Сам видел!
— Не понял… — Орсо выбежал на улицу, взлетел по приставной лестнице на крышу, схватил поданную вестовым подзорную трубу. Держать её неподвижно было непросто, картинка прыгала и дрожала, но красный клочок, огнём сияющий на солнце, был ясно различим.
— Курьера к ним, срочно!
Сам же командир понёсся вниз — разыскивать начальника штаба. Сейчас самое время подготовить мизансцену для чудного спектакля.
Руководство айсизскими силами в городе давно утратило единство — эту важную цель бойцы Орсо выполнили прекрасно. Боем на фабрике, обороной южных кварталов и защитой восточной заставы занимались три разных командира, и все их попытки снестись друг с другом более-менее успешно сводились на нет — гонцов ловили на подходе. Самые крупные силы сейчас застряли в фабричном районе — туда и направился верхом Орсо в сопровождении Будая, Нелло и шести бойцов эскорта. Родольфо на всякий случай остался в штабе — обстановка сегодня менялась удивительно быстро, успевай только отвечать… Другой отряд парламентёров был отправлен на юг города, но самому Орсо казалось важнее присутствовать на фабрике.
Подняв жёлтый флаг переговоров, маленький отряд приблизился на расстояние больше ружейного выстрела, и вестовой протрубил в рожок. Сейчас Орсо и противник находились в разных концах длинной, совершенно прямой улицы, почти не заваленной обломками; видимо, боя здесь не было.
Фабричные стены служили защитникам укреплением, но пожар сильно повредил их, и в двух местах айсизцы в пыльных терракторовых мундирах уже просачивались внутрь. Впрочем, там их ждали — эхо от стен носило по фабричному двору слитные залпы, к сожалению, слишком редкие, чтобы остановить атаку… Помимо флага на трубе здесь развевался и второй, поменьше и пониже, на крыше здания конторы. Стена вокруг него была все выщерблена пулями — видно, штурмующие не раз пытались сбить знамя, упорно переводя боезапас.
От группы атакующих, укрытых в полуразрушенном доме, отделились трое — пехотный капитан со шпагой наголо и два солдата эскорта. Орсо кивнул своим, и они медленным шагом поехали вперёд. Примерно на середине улицы, шагах в двадцати друг от друга, парламентёры остановились.
Орсо назвался, айсизский офицер поморщился, но последовал его примеру. По всему видно, потратив полдня на отражение атаки каких-то голодранцев, доблестные военные всё ещё не испытывали к противникам достаточного уважения. Зря, очень зря…
— Буду краток: город вы потеряли, отбить его не удастся. Кроме того, вы лишились вашего паровика, а с севера подходит наш артиллерийский полк. Если потребуется, он сроет всю Поллену, но вам отсюда не уйти иначе как сдавшись. У вас есть, — Орсо глянул на солнце, — полчаса, в полдень вы должны сложить оружие или будете уничтожены до последнего солдата. Поскольку международные соглашения о неприкосновенности парламентёров вы уже нарушили сегодня утром, никакого доверия вашим словам мы не имеем. Только сдача.
Капитан угрюмо усмехнулся:
— По данным нашей разведки, у вас нет артиллерии.
— По данным
— Если это шутка, — нахмурился айсизец, — то я её не понял. Потрудитесь объяснить!
— Извольте. Артиллерийский полк, стоявший в замке Джустино, вы потеряли. Замок пал, а все орудия теперь наши. И они уже подошли к Поллене. Я отдал приказ через час начать обстрел города, если до этого момента вы не сложите оружие.
Загорелое лицо капитана посерело под слоем пыли, а сопровождавшие его солдаты, забыв о дисциплине, возмущённо заговорили. Но свирепый взгляд командира заставил их умолкнуть.
— Мы должны получить приказ от бригадира Техеро, — кисло заметил он.
— Где же он? — Орсо вопросительно поднял брови. Вопрос, где бригадир, его самого занимал чрезвычайно — по нормам международного права тот был военным преступником, и расстрелять его было бы вполне согласно закону… если только не получится извлечь из него какую-то другую пользу.
Капитан, судя по всему, понял, что голоштанные бродяги знают больше, чем ему бы хотелось, и задумался.
— Сдавайтесь, капитан, — повторил Орсо. — Вам будет сохранена жизнь и вы сможете отступить через Каррело на свою территорию.
— Каррело ещё наш, — мрачно заметил капитан.
— Так вы ещё туда и не дошли, — Орсо изобразил самое невинное выражение, на какое был способен. Айсизец медленно приходил в бешенство:
— Вы забываете, что это не все силы генерала Рохаса! Вы сами в ловушке!..
Орсо стало вдруг жаль честного офицера.
