— Ох, не волнуйтесь, Эстебан, ровно через три дня она станет вдовой. Только что посыльный принёс мне известие от падре Антонио. Казнь этого мерзавца состоится в ближайшую пятницу. Это будет самый великий день в моей жизни! День, который расставит всё на свои места, избавит нас от нежелательных членов семьи и заткнёт рты всем сплетникам. Пусть эта потаскушка оплакивает своего нищего принца, а я, тем временем, начну подготовку к свадьбе. И обязательно пойду в пятницу на площадь, дабы насладиться великолепным зрелищем. Такой спектакль пропустить нельзя!
— Ты, злобная идиотка! — выкрикнула Берта.
— Заткнись, старуха!
— Но Эстелла всё равно не может выйти замуж сразу после смерти предыдущего мужа, — не утихал Эстебан. — А как же траур? Это как минимум года два...
— Эстебан прав, — сказал Арсиеро.
— Минуточку, а кто кроме нас знает, что она вдова и должна носить траур? — спокойно отозвалась Роксана. — Где была эта свадьба? Да и была ли она? Я лично её не видела. Так что никаких трауров! Наденет и белое платье, и фату, будто она девственница, и только пусть попробует не убедить в этом маркиза Рейеса. Если он вернёт её обратно, как падшую женщину, я прижгу ей физиономию раскалённой кочергой, так и знайте!
Тут все умолкли — прозвонил колокольчик у входной двери.
Через три дня... Через три дня Данте умрёт. Нет, не может этого быть! Она должна хотя бы его увидеть. Надо как-то убежать из дома и проникнуть в тюрьму!
Эстелла скатилась с кровати, бросилась к комоду и стала там шарить. Найдя расчёску, кое-как пригладила ею волосы. Надела первое попавшееся платье — бледно-голубое с синими цветочками. Пока искала туфли, зацепила рукой деревянный сундучок. Он упал, высыпав своё содержимое на ковёр.
Эстелла, чертыхаясь, начала запихивать побрякушки обратно в сундучок. Тут были нитки, шпильки, декоративные булавки, пудреницы, маникюрные ножнички и прочий хлам. Схватив серебряное зеркальце с ручкой, инкрустированной изумрудами, она тотчас выронила его — оно обожгло ладонь. Эстелла внимательно уставилась на зеркало — из него шёл лёгкий дымок. Откуда это зеркало? Она не помнит, чтобы покупала его. Оно волшебное? А вдруг оно ей поможет? Ведь она не боится магии! Никогда не боялась и сейчас не испугается. Обкрутив горячую ручку подолом, Эстелла открыла крышку зеркала и вместо отражения увидела на его поверхности надпись: «Время пришло».
Комментарий к Глава 38. Магическая связь -----------------------------
[1] Рехидор — то же, что и губернатор. Стоит над алькальдом (который по сути мэр) и управляет им. А рехидором управляет Совет Кабильдо, состоящий из членов знатных семей.
====== Глава 39. Надежда умирает последней ======
Эстелла разглядывала надпись на зеркале, не понимая, что она означает. Надпись не исчезла, пока Эстелла не коснулась её пальцем. Изображение в зеркале закружилось. Хотя Эстелле было страшно, она уговаривала себя не паниковать: это волшебство, она не должна его бояться, тем более она до безумия любила и любит мага.
На поверхность зеркала выплыла другая надпись:
«Наконец-то. Я жду тебя уже несколько дней».
— Кто ты? — вполголоса спросила Эстелла.
«Я друг. Ты меня не помнишь сейчас. Вспомнишь через три месяца. Я хочу помочь».
— Помочь в чём?
«Однажды ситуация вышла из-под контроля. Это была и моя вина. Гнев затмил мой разум. Но нам с тобой удалось повернуть время вспять. Сейчас — последний шанс. Другого не будет».
— Я ничего не понимаю... — растерялась Эстелла.
«Не пытайся ничего понять, просто поверь мне. Ты же хочешь спасти Данте?».
— Конечно хочу! — пылко сказала Эстелла. — Значит, ты от Данте?
«Можно сказать и так. Ты ведь знаешь, что он попал в беду? И только ты способна изменить ход событий. Лишь один раз, в нужном месте и в нужное время».
— Что я должна делать?
«Надо сварить волшебное зелье».
— Зелье? — Эстелла похлопала ресницами. — Но... к-к-какое зелье?
— Эликсир Силы.
— Но... я не умею варить ни зелья, ни эликсиры! — Эстелла ощутила острый приступ паники. — Я ведь не волшебница! И даже не аптекарь! Я и готовить толком не умею!
«Для того, чтобы сварить его, не надо быть волшебницей. В тебе есть всё, что нужно. Главное — любовь, что горит в твоём сердце. Чары Любви живут в твоей крови. Поэтому только ты можешь приготовить это зелье как положено. Если его будет варить любой другой человек, даже самый искусный чародей, зелье не подействует».
Из зеркала пошёл дымок, и ручка его вновь нагрелась.
«Открой зеркало с обратной стороны».
Эстелла, перевернув зеркало, нашла защёлку и нажала на неё ногтем. Один из изумрудов выскочил из оправы. Крышка открылась. Внутри лежал свёрнутый в трубочку малюсенький пергамент. Это был рецепт зелья: тридцать два компонента, включая человеческую кровь и волосы, и ещё какие-то странные названия ингредиентов; некоторые из них были написаны на латыни. Да она в жизни его не сварит!
Эстелла развернула зеркало.
— Послушай, но я это не сварю, — сказала она. — Это очень сложное зелье. И я даже не знаю, где искать все эти ингредиенты.
