Пилигрим, наш временный добровольно-принудительный водитель, ветеран – с сентября прошлого года по мобилизации. Сейчас в батальонной разведке, а к нам «прикомандировали». К своим тридцати годам успел дважды жениться, родить четверых детей – три дочки и сынишка. Айтишник – дети и профессия «отмазка» полная, чтобы уйти от мобилизации, но постыдился: а детям своим что скажет? По ВУС – противотанковая арта, «рапира», но тогда, осенью, не до военно-учётной специальности было, поэтому загнали в «мабуту». За месяц рота трижды меняла состав, порой с десяток оставался после трёх штурмов, а у него ни царапины. Что самое удивительное – не прятался за спины других, сам лез на рожон, а Господь беду отводил каждый раз.
Он земляк, курский, был в отпуске в деревеньке под Щиграми целых две недели. Почти все друзья кто воюет, кто уже отвоевал, кто на костылях, а кто и вовсе место себе на погосте приобрёл, а с «льготниками» встречаться что-то не хотелось… Весь отпуск провел с домашними: выкопал картошку, перекопал огород, дрова переколол, но вот с детишками не наигрался…
Шалопай, кручёный, безбашенный… Ночью едва не завёз к украм – болтал без умолку и промахнул поворот. Когда ближе к полуночи в тусклом свете подфарников мелькнул дорожный указатель «Бахмут», что на северо-западной окраине города, Пилигрим умолк, резко крутанул руль и нажал на газ. Огорчённые укры салютовали этому шумахеру уже вслед, а наш товарищ ещё сутки всё никак не мог дрожь в руках унять…
Кузя – брянский, зовут Саша, сейчас «работает» на зушке. Точнее, приводит её в чувство после атаки дрона-камикадзе – в расчёте и экипаже один погиб, остальные ранены, но остались в строю. Мастер спорта по футболу, играл за сборную области. Был «мобиком», теперь второй контракт. Нервы – канаты, на взрывы не реагировал и даже не оборачивался. Мечтает вернуться домой непременно через Львов. «Мавики», что мы забрали в ремонт – его работа. Говорит, что были слишком назойливы, вот он и прервал их полёт. Один из них – камикадзе: ювелирно снял, не успел тот взорваться. А вот второй в его зушку ударил…
Трое воинов. Обыкновенные мужики из центральной России. Стержневые, настоящие, сдержанные, немногословные. Из разных подразделений и разных направлений – штурмовая бригада, зенитно-ракетный дивизион, артдивизион. У двоих высшее образование, у одного техникум. Старшему – тридцать шесть, младшему – тридцать. У всех семьи, на троих девять детей – четверо, трое, двое и почему-то из них шесть девчонок. Приметы говорят, что это к миру. Дай-то Бог…
Связались ребята из штурмовой бригады: под Берховкой утром «волки» сожгли две укроповские бээмпэшки с экипажем и десантом, напрочь лишив остальных желания атаковать. Соседи сначала дрогнули, попятились и уступили с полкилометра территории. На выручку бросили «волков». Те заутюжили хохликов артой и забрали обратно уже почти семьсот метров. Все поля завалены телами погибших укров. Взяли пленных – с дюжину всего, но пусть Господу поклон кладут, что не кончили тут же в траншее. А всё потому, что отходить ребята от боя стали, остывать, вот и оставили хохлов в живых. Повезло.
Их привели к штабу, усадили на траву вдоль забора, дали сигарет. Сначала взгляды бросали исподлобья, по-птичьи сторожко, но потом расслабились – поняли, что убивать не будут. Из кухни принесли по миске каши и большому ломтю хлеба – уплетали за обе щеки. Худой, лет сорока, неожиданно попросил добавки – принесли. Управился мгновенно и ещё попросил – опять принесли. Наблюдавшие со стороны разведчики оживились, подошли, с любопытством рассматривая его как диковинку. Заметив внимание, он, расправившись с очередной порцией, больше не просил добавки, но не отказался, когда кто-то в шутку предложил ещё. Стоявший на крыльце повар нахмурился:
– Больше не дам и не просите. И так сожрал на неделю вперёд, бандера.
Разведчики рассмеялись, а пленный вздохнул и отставил миску:
– Дякую, шановни паны. Благодарствуйте. Знал бы, шо у вас такая каша гарная – давно бы сам сдался.
Филин благодарил за доставленные нами БПЛА: именно с их помощью обнаружили изготовившихся к атаке вэсэушников, запустили в «мешок» и накрыли «Градами». Так, бои местного значения.
Под Кременной потеряли нашу «буханку»: дрон-камикадзе пробил лобовое стекло, прошёл кабину и взорвался в пассажирском отсеке. Семеро раненых, но не тяжело. Прослужила «буханка» почти два месяца, а это уже срок. Ничего, купим ещё. Работайте, братья!
Вечером на Мишин телефон пришло сообщение и фото от Маугли. Вообще-то он Сергей Александров, Маугли – это позывной, наш боевой товарищ, награждён Орденом Мужества. Гордимся! Мы впервые встретились с ним под Харьковом в феврале прошлого года. Невысокий, неказистый, эдакое кривоногое чудо с автоматом и раскосыми глазами – типичный ордынец, потомок воинов Батыя, Русь воевавших. Теперь этот наследник воинственных степняков – гордость русского православного воинства.
