— Ты думаешь, легко забыть того, кого безумно любишь? — со вздохом ответил ему молодой человек с длинными каштановыми волосами, сидевший в кресле возле кровати.
— Однако ты всё же забыл Мелису? — возразил больной.
— С Мелисой, дружище Джошуа, у меня всё было иначе. Мы любили друг друга, но она предала меня. А вот Зей-Би… Я даже не знал, что она чувствовала ко мне — любовь, ненависть или же обычное равнодушие, — разъяснил сэр Мельсимор-старший.
— О-го-го! — воскликнул Джошуа. — Это же прогресс!
— В чём? — не понял его гость.
— Ты так спокойно говорил о Мелисе, без выкриков, без оскорблений. Что с тобой? Неужто эта незнакомка Зей-Би так сильно покорила твоё сердце?
— Ты не представляешь… — с горечью признался Герман.
— Но тогда, почему же ты не отыщешь её?
— Если бы я знал, где её искать. С тех пор, как она ушла, уже прошло девять месяцев, но все мои поиски оказались безрезультатными. Она как неожиданно ворвалась в мою жизнь, так и внезапно ушла из неё. В памяти у меня остались лишь отдельные обрывки воспоминаний, — Герман сделал паузу. — Теперь она, возможно, очень далеко… в обществе других…
— Ты, кажется, ревнуешь, не успев как следует полюбить, — заметил лорд Нортбри, — однако, в твоём голосе можно услышать также и укор. Пойми же, наконец, — добавил он после незначительной паузы, — она ушла, чтобы обезопасить себя. Вспомни, что Родрик не раз пытался прикончить её.
Мельсимор встрепенулся, будто проснулся от летаргического сна.
— Ты прав, ты совершенно прав, Джош! Фактически вся вина во мне. Я не должен был допустить такой… такой…
— Безрассудности, — дал другой точное определение.
— Верно, то, что проделывал Гарольд — это чистое безрассудство. Именно по его вине я вновь лишился своей любви…
А тем временем на совете цыганского табора решался вопрос о дальнейшем пути. После шестимесячного странствия совет решил вернуться в окрестности «Голден Сиид». Наконец, придя к соглашению, все тринадцать членов совета разошлись.
— Риана, Риана, — позвала Аделаида.
— В чём дело, Адель?
— Я договорилась с тётушкой Харлиной. Она уже ждёт нас.
— Ждёт? Но зачем?
— Узнаешь в своё время. Пойдём за мной, — сказала цыганка и быстрыми шагами направилась к кибитке Харлины. — Мы пришли, тётушка! — известила она громким голосом, как только вошла внутрь.
— А…а… Адель, ты пришла. Ну, ну, входи, — произнесла пожилая цыганка.
Её жилище отличалось от всех других кибиток в этом таборе. Стены этой обители были обвешаны различными плакатами с изображением магических фигур, пучками душистых трав, шкурами различных зверей, и необыкновенный туманный полумрак завершал таинственность приюта колдуньи.
— Я уже всё приготовила к твоему приходу, — проговорила она своим хриплым голосом и, ковыляя, перебралась к маленькому столику, поставленному посередине кибитки.
Безмолвно указав своим гостям на пол возле столика, Харлина уселась на потрёпанный старый коврик и потянулась за шкатулкой, лежавшей на поверхности магического стола. Гостьи, не проронив ни слова, уселись на отведённые им места вокруг стола.
Колдунья вытащила из ларца карты, и тщательно перетасовывая их, стала что-то бубнить себе под нос. Наконец, она остановилась и обратилась к своим посетительницам.
— Как будем гадать?
— Гадать? — не поняла её Риана. — Аделаида, разве мы пришли сюда, чтобы гадать? — спросила она у подруги.
— Самым распространённым способом, тётушка, — ответила Аделаида.
Харлина положила колоду карт на стол и обратилась к Риане.
— Раздели колоду на три части.
Сэли исполнила требование, после чего цыганка стала проворно раскладывать на столе свои большие гадальные карты.
— Это твоё прошлое, настоящее и будущее, — произнесла цыганка, показывая на три стопки раскрытых карт. Она внимательно изучила их и удивлённо приподняла брови. — Странный расклад, — молвила она поражённо. — Твоё прошлое очень похоже на твоё будущее.
Аделаида вздрогнула от услышанных слов, однако не посмела прервать гадание.
— И что это значит? — поинтересовалась Риана.
— Это значит, что твой образ жизни в скором времени вернётся к прежнему состоянию.
Харлина раскрыла из основной колоды ещё три карты и положила их рядом с картами «прошлого времени».
— Я вижу, ты всегда была одинока, но вот этот мужчина всегда опекал тебя, — показывая на карту, прорицала она. — Также я вижу, что ты далеко от дома и поэтому страдаешь, — гадалка открыла ещё одну последнюю карту, относящуюся к предсказанию прошлого. — Так, значит, именно этот мужчина виноват в том, что ты ушла из дома…
Гадалка вновь раскрыла три карты, но на сей раз отложила их к картам настоящего.
— Я вижу здесь любовную связь, — продолжила она. — Но ты отказалась от неё…. Вижу также страх и страданье… — раскрыв ещё одну карту, Харлина сказала. — Этот человек ещё ждёт тебя и надеется, что ты вернёшься к нему.
Наконец, разложив ещё три карты, цыганка приступила к главной части гадания — будущему.
— Я вижу вновь этого человека, по чьей вине ты пустилась в путешествие. Он в скором времени найдёт тебя.
— Харлина, это её прежний возлюбленный? — сгорая от любопытства, спросила Аделаида.
