Войны Суздальской Руси полностью

И в довершение всех бед летом 1152 года волжские болгары пришли по Волге к Ярославлю и взяли город в плотное кольцо осады как со стороны реки, так и с напольной стороны. Как мы помним, в 1149 году Ярославль был разграблен и сожжен новгородцами, но к этому времени он был отстроен заново. Жители не ожидали нападения, но тем не менее ворота затворить успели и изготовились к бою. Проблема заключалось в том, что город был совершенно не готов к длительной осаде, в нём не было ни запасов продовольствия, ни достаточного количества воды. Волга была рядом, но подступы к ней перекрыли болгары. Согласно Типографской летописи, «изнемогаху людие въ граде гладомъ и жажею». Однако осаждённым удалось отправить вестника в Ростов с просьбой о помощи, подошедший ростовский полк нанес поражение болгарам и отогнал их от Ярославля. Юрий из случившегося сделал необходимые выводы и в том же году заложил крепость Городец на Волге. Это, по его мнению, должно было в какой-то мере воспрепятствовать разбойным набегам восточного соседа.

Когда суздальский князь узнал о том, что Городец Остерский сожжен, он, по свидетельству В.Н. Татищева, «весьма сим оскорбился». Летописец трактует реакцию князя несколько иначе: «Я тогда въздохнувъ от сердца» (Ипатьевская летопись). Понятно, что вздохнешь, когда твою волость спалили дотла, а людей вывели из крепости и развели по разным городам и селам! Начисто проиграв племяннику борьбу за Киев, Долгорукий тем не менее не собирался оставлять безнаказанными действия Изяслава Давидовича. Судя по всему, ему было хорошо известно, кто выступил инициатором нападения на Городец, и он решил покарать подстрекателя. Однако Юрий вполне резонно полагал, что Изяслав Мстиславич сможет вмешаться в его конфликт с черниговским князем, а потому желательно найти себе союзника.

На Святослава Ольговича надежды было мало, он пока сидел в своем Новгороде-Северском тише воды ниже травы. Хотя Юрий не сомневался, что если успех будет на его стороне, то старый соратник немедленно возьмется за оружие. Перебрав все возможные варианты, Долгорукий обратил свой взор на Рязань.

С начала 1150-х годов под властью потомков Ярослава Святославича некогда единое Муромо-Рязанское княжество постепенно разделяется на два — Муромское и Рязанское. Причем всё большую силу набирает именно более молодое Рязанское. Поэтому Юрий обращается к рязанскому князю Ростиславу Ярославичу с предложением совершить совместный поход на Чернигов. Хитрый суздальский князь учитывал, что у Ростислава были крепкие связи со степняками, а это в свете грядущих событий имело едва ли не решающее значение. Дело в том, что союзные Юрию половцы во время побоища на Руте понесли чудовищные потери и им требовалось время, чтобы отойти от разгрома и зализать раны. Поэтому Долгорукий и хотел в данной ситуации действовать через Ростислава.

Что же касается рязанского князя, то, поразмышляв, он решил принять участие в походе. И хоть Изяслав Давыдович приходился ему двоюродным братом, это циничного Ростислава не смутило. Перспектива поживиться в землях богатого Черниговского княжества прельщала его куда больше, чем поддержание добрососедских отношений с родственником. Ростислав Ярославич дал добро, и военный союз Рязани и Суздаля стал свершившимся фактом. Правда, В.Н. Татищев отмечает, что именно рязанский князь предупредил черниговского родственника о том, что Юрий готовит против него поход. А уж Изяслав Давыдович доложил обо всем в Киев. Но, на мой взгляд, такого быть просто не могло.

Дело в том, Ростислав очень серьёзно готовился к грядущей войне, задействовав для этого все свои ресурсы. Ипатьевская летопись приводит впечатляющий список тех сил, которые выставил рязанский князь: «Ярославичь Ростиславъ с братею, и с Рязанци и с Муромци, поидоша съ Гюргемъ, а не отрекоша ему, тако же и Половци, и Оперлюеве, и Токсобици, и вся Половецьская земля, что же ихъ межи Волгою и Днепромъ». Вся Половецкая земля! Люди Ростислава рыскали по степи, задаривали ханов и их приближенных, и вряд ли такой прагматик, как рязанский князь, стал бы пускать столь большие средства на ветер ради того, чтобы предупредить черниговского родственника. Не тот он был человек, чтобы ради абстрактных понятий действовать в убыток себе.