Длинная очередь на исповедь, батюшка-настоятель терпеливо выслушивает всех, иногда переспрашивает что-то, уточняет, кому-то задаёт вопросы, кивает головой, смотрит пытливо, видно, что знает всех, и слушает, и слышит.
Перед Ольгой Сергеевной целая ватага мальчиков из Хорового лицея, они одеты строго – в белые рубашки и чёрные брюки, их исповедуют без очереди, настоятель знает и называет каждого по имени, сегодня для юных певцов важный и торжественный день – Архиерейское богослужение. Молодая женщина встала рядом, видно, что хочет пройти быстрее, без очереди, голову опустила, крестится.
«Да и на здоровье, пусть идёт, коль торопится, – подумала Ольга Сергеевна и пропустила впереди себя, а присмотрелась, у неё животик на шестом-седьмом месяце, вспомнила о своих. – Как там жена старшего сына? Ждёт ведь второго… и жара такая установилась».
– Оля, ты записку приготовила? – спросила подруга Таня, стоявшая рядом.
– Записку о грехах?
– Ну да.
– Нет, давно уже не пишу, так скажу.
– Вот и я так же думаю, Оленька.
Молодые люди спортивного вида с толстыми золотыми цепочками на шее рвутся вперёд.
– Оля, что ты всех пропускаешь? Не успеем.
– Успеем, пусть идут, видишь, как стремятся, это же хорошо, Танюша.
Зазвонили праздничным перезвоном колокола, началась Архиерейская служба. Золотые ризы, трепетно горящие свечи, запах ладана, иконы и цветы, цветы… и склонённые в молитве головы.
Мальчики из Хорового православного лицея торжественно запели распев Бортнянского на греческом. «Ис полла эти деспота!» – уносились к небесам ангельские детские голоса.
– И всех, и за вся! – мощным, величественным басом пел протодьякон.
…светлые лики… светлые лица… таинство Святого Причастия…
– И не устала, и не кончалась бы эта служба! – шепнула подруге Ольга Сергеевна.
– Да, Олечка, не кончалась бы. Как же хорошо, Боже мой!
«Верую во единаго Бога Отца, Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым…» – хором, торжественно повторяли за протодьяконом все.
– И всех, и за вся!
Ясное голубое небо, зелень старинного парка, белоснежный Храм и Волга без конца и края.
Ольга Сергеевна шла на воскресную Литургию. Храм Воздвижения Креста Господня был почти напротив её дома, и торопиться совсем не надо.
«Что это я разбежалась, привыкла всё бегом, бегом, пройти-то всего ничего», – подумала она.
Перешла через шоссе, машин мало – воскресенье, вот бы так всегда, потом неспешно пошла вдоль аллеи тополей, чередующихся с разросшимися кустами боярышника.
«Тополиный пух улетел, цветы боярышника опали… “отцвели уж давно хризантемы в саду…”, – тихо пропела Ольга Сергеевна. – Господи, о чём я, на службу же иду».
Дорога вдоль пруда около Храма была выложена плиткой, а на газонах, создавая пёстрый радостный ковёр, красовался разноцветный бальзамин, ярко-красный, белый, сиреневый. Ольга Сергеевна так засмотрелась на цветы, что, только подойдя к церковной ограде, вспомнила, что забыла приготовить деньги для милостыни.
Рядом с оградой, на углу, в стороне от остальных нищих стоял мужчина, Ольга Сергеевна невольно замедлила шаг, увидев его. Всех нищих она знала, как и они знали её и всегда приветливо здоровались и поздравляли с праздниками, но этого мужчину Ольга Сергеевна никогда не видела.
Его высокая статная фигура хранила черты благородства и уверенности, несмотря на… на пластиковый стаканчик для милостыни в его руке. На нём была потрёпанная ветровка, помятые брюки, кажется, футболка ещё. Ольга Сергеевна не могла пройти мимо незнакомца, он стоял по пути, подошла, быстро взглянула… глаза большие, серые, глубокие, с пушистыми ресницами, седые волнистые волосы, щетина на лице…
«Неделю уже не брился», – подумала она машинально.
Красивое, даже одухотворённо-красивое лицо, и взгляд – прямой, строгий и печальный. Ольга Сергеевна невольно загляделась.
«Что же привело его сюда? Что заставило протянуть руку за милостыней? Пришёл в отчаяние, случилось что-то ужасное… сейчас время такое безумное… потерял работу, жильё… обманули, обокрали… может, заболел тяжело и деньги на лечение нужны огромные… или кто-то близкий… беда какая-то невероятная, – она тяжело вздохнула, – да, невероятная… – торопливо открыла сумку, упрекнула себя, что не подготовилась, и тут же нашла оправдание. – Всё этот бальзамин! – и увидела, что действительно не приготовила мелкие деньги, а в кошельке лежит одна крупная купюра.
Ольга Сергеевна, лишь секунду подумав, протянула её незнакомцу. Он удивлённо и вопросительно посмотрел на неё.
– Возьмите, это вам.
– Не могу. Много.
– Я так решила.
– Не могу взять столько. Сдачи у меня нет… давайте в магазине разменяем, он рядом.
– Нет, нет, возьмите… возьмите, пожалуйста, – Ольга Сергеевна неуклюже пыталась вручить купюру.
«Ну надо же, как неудобно!» – думала она с огорчением и досадой.
Вдруг мужчина крепко сжал рукой протянутую с купюрой руку Ольги Сергеевны. Они стояли совсем близко – он и она… мужчина и женщина.
