Олрис сел на верхнюю ступеньку лестницы и прислонился плечом к стене. От камня шло приятное тепло - другая сторона стены смыкалась с рядом каменных кухонных плит, на которых целый день готовились какие-нибудь кушанья - тушили мясо, жарили угрей, варили сырный суп... Представив себе миску супа и большой ломоть белого хлеба с золотистой корочкой, присыпанной мукой, Олрис сглотнул слюну и вспомнил, что он так и не позавтракал - если не брать в расчет единственного пирожка, который он сжевал, пока просматривал бумаги Крикса. Но суетные заботы об обеде были тут же вытеснена новой жуткой мыслью: если раньше Уриенс служил гвиннам, то, возможно, он решил опять переметнуться на их сторону и выдать Олваргу дан-Энрикса и Истинного короля.
Эта догадка показалась Олрису настолько страшной и одновременно - очевидной, что казалось странным, почему дан-Энрикс не додумался до этого самостоятельно. Олрису показалось, что волосы шевелятся у него на затылке.
Всего пару месяцев назад он был уверен в том, что магия делает своего обладателя неуязвимым, но теперь он знал, что маги очень мало отличаются от остальных людей.
В один из первых дней после того, как Крикс сделал его своим стюардом, Олрис застал дан-Энрикса за умыванием. Меченый только что поднялся и стоял над умывальником в одних штанах, пригоршнями зачерпывая из него холодную воду. Олрис замер на пороге и едва не уронил на пол сверток с одеждой Крикса, только что полученный от прачки. К виду побледневшего клейма на лбу дан-Энрикса Олрис уже привык, но темные рубцы наслаивающихся друг на друга шрамов на спине, предплечьях и боках мужчины стали для него полной неожиданностью. Как и широкие, затянутые лоснящейся стертой кожей следы от кандалов, которые обычно прикрывали рукава. Обернувшийся на шум дан-Энрикс, несомненно, заметил потрясение на лице Олриса, и, дотянувшись до рубашки, как ни в чем ни бывало натянул ее. Олрис, перед глазами которого все еще стояли жуткие отметины на теле Меченого, чуть было не выпалил - "Кто это сделал?.." - но в последнюю секунду прикусил себе язык. Недоставало только, чтобы Меченый решил, что он не в меру впечатлителен, или решил, что Олрис никогда раньше не видел шрамов.
Впрочем, выбросить увиденное из головы Олрис так и не смог.
Если мага можно держать в плену, пытать, поставить ему на лоб клеймо - то, несомненно, его можно и убить.
Олрис отчаянно замотал головой.
"Заткнись, - сказал он сам себе. - Что ты раскаркался, словно ворона? Кто сказал, что они собираются его убить?.. Но Рельни говорил... заткнись, заткнись, заткнись!.."
В отчаянии Олрис обернулся к стене и несколько раз ударился об нее лбом. Под кожей начала вспухать болезненная шишка, но зато ему стало немного легче.
Поскольку прошлую ночь он почти не спал, а делать было совершенно нечего, через какое-то время Олрис почувствовал, что его начинает смаривать. Он опустил голову на колени и мало-помалу задремал - точнее, погрузился в беспокойный, мутный сон, в котором Дакрис говорил ему, что Бакко сейчас принесет клеймо, которое они поставят Олрису на лоб, поскольку он должен пройти через Испытание Болью. Олрис попытался вырваться, но Дакрис вцепился ему в плечо и заявил, что, если Олрис не пройдет все Испытания, его отправят на Драконий остров. Уже просыпаясь, Олрис почувствовал, что на его плече действительно лежит чья-то рука, и рванулся вперед, едва не ударив нагнувшуюся к нему Ингритт головой в лицо.
Когда он понял, что и Дакрис, и угроза про Драконий остров были просто сном, он с облегчением вздохнул. Впрочем, мгновение спустя он вспомнил, для чего он дожидался Ингритт, и вскочил.
- Ты знаешь, что дан-Энрикса арестовали?! И Атрейна тоже!
Глаза Ингритт на мгновение расширились. Олрис был готов к тому, что она ему не поверит, но, похоже, эта новость не была для девушки совсем уж неожиданной.
- А я-то все думала, в чем дело... Во дворе полно солдат, все бегают туда-сюда и ведут себя так, как будто начался поход на Марахэн, - отозвалась она. - Но это же безумие! Кто мог арестовать Атрейна с Криксом?
- Говорят, что приказ отдал сам король. Якобы их подозревают в государственной измене. Но я этому не верю... Уриенс привел своих гвардейцев в Ландес Баэлинд и сказал Меченому, что он должен пойти с ними. А Атрейна к этому моменту уже взяли под стражу. Он убил троих гвардейцев Уриенса, прежде чем его смогли арестовать, хотя в итоге его тоже ранили. А с Криксом были Рельни, Эвро и Олметт, но он все равно отдал свой меч, даже не попытавшись защищаться. До сих пор не понимаю, почему он это сделал!
- А по-моему, это как раз понятно, - возразила Ингритт. - Как ты думаешь, что было бы, если бы он не захотел отдать оружие?
- Ну, их ведь было четверо. Они могли бы забаррикадироваться в башне...
- ...а гвардейцы Уриенса стали бы ломиться внутрь. Через пять минут туда сбежались бы сторонники дан-Энрикса и те, кто воевал с Атрейном в Лисьем логе, и все бы передрались между собой. Неудивительно, что дан-Энрикс этого не захотел.
- А если Уриенс - изменник, который задумал выдать Меченого Олваргу?!
