Пшеничные усы шевельнулись — Иван улыбался, но не редкое мужское обаяние сего сказочного персонажа лишило меня речи. Позади Марьиного супруга на вороной лошади ехал Золик. Ну, то есть человеческое воплощение моего ручного ворона. Одетый во всё темное молодой человек лихо подмигнул мне, слегка растянул губы в улыбке и тут же отвернулся.
Второй сопровождающий впечатлил мало, разве что большие светлые глаза слегка навыкате могли бы пробить брешь в девичьем сердце. Третий приближённый княжича Ивана выглядел куда внушительнее остальных. Только портили мощную фигуру сильно покатые плечи, а вполне приятное лицо с крупным носом — нахмуренные густые брови. Остальная свита дорогого гостя держалась на расстоянии от авангарда.
Кони шагали прямо на Мстислава, заставляя его пятиться к злополучному амбару. Наконец Иван прекратил сомнительную молодецкую забаву и, легко спрыгнув с лошади, расстегнул ворот богатого одеяния.
— Так-то ты, купчишка чужеземный, княжеского сына встречаешь? Где ковш с медовухой?
Позади меня внезапно началось активное движение. Без всяких указаний челядь неслась в терем накрывать столы.
Очень низко, порочертив пальцами по снегу, нагнулся Мстислав, приветствуя гостя. Но я была уверена, что в серых глазах плещется ненависть. Не привык Годинович поясные поклоны отбивать. Спохватившись и во избежание неприятностей, склонила голову и я.
— По своей ли воле примолкла, девица? — Иван шагал ко мне с приклеившейся к лицу улыбкой, — Не было ли ущербу тебе? По добру ли встретили, по здорову ли приветили?
— Эм…, нормально всё, — я растерялась, не зная, как обращаться к высокопоставленной особе, но решила не мудрить, — Иван-княжич!
— Давненько не бывал я в этом краю. Всё ли нынче спокойно?
— Тихо, как и водится. — без подобострастия, но и без вызова в голосе доложил Мстислав. — Разбойнички вот пошаливать стали, ну да на разбойничью дубину у нас две своих найдутся, княжич!
Совершенно забыв о моем существовании, Иван без приглашения последовал к терему, а его товарищи следом. Проходящий мимо Золик чуть качнулся в мою сторону:
— Не боись, чернявая, в обиду не дадим!
Мстислав дёрнул за рукав, притормаживая:
— За стол с мужчинами не садись, не положено. Если позовут — молчи и глаз не поднимай. Дурной у княжича характер, психика нестабильная.
— У тебя зато железобетонная! — освободилась я от хватки Славика. — Разберусь и без твоего участия.
— Я тоже! — парировал Годинович, намекая на сцену в амбаре.
Не знаю, каким чудом, но в главной комнате терема был накрыт впечатляющий стол. Можно было бы усомниться в свежести некоторых блюд, потому что за такое короткое время нельзя зажарить десяток куриц, но запах от яств шел аппетитный, глаза у слуг сияли кристальной честностью, да и морозная погода способствовала долгому хранению еды.
Я стояла вместе со служанками, которые чуть уважительнее стали смотреть на меня, и, чувствуя пилив желудочного сока, с завистью следила, как несколько здоровых мужиков уничтожали мясо и хмельные напитки.
Наблюдать за Иваном было очень интересно, вряд ли он в полной мере осознавал, какой мощной харизмой обладает, и я хорошо понимала Марью — ради такого сердечного дружка не грех сшельмовать и поддаться в честном бою. Надменный взгляд можно было и простить — княжич всё ж таки. Однако девушки, что с тихими смешками обменивались впечатлениями, смотрели не на него, а на моего Золика. Пришлось абстрагироваться и оценить ворона свежим сторонним взглядом. Смуглый, тонкокостный, с густой гривой чёрных волос, молодой гость говорил мало, смеялся и того реже, но на фоне всех остальных выглядел загадочным восточным принцем. Утончённым, далёким, притягательным. Вот тебе и Золик!
Устав глотать слюну, я спустилась вниз и отправилась на кухню, выпрашивать себе обед.
Потом, прислонившись к горячему печному боку и поставив миску с куриными крыльями на колени, было удобно ругаться на чёртову жизнь, чёртову “семёрку", чёртовых мужиков и смачно слизывать жёлтый жир с пальцев. Подрастеряла я манеры, чего уж.
— Ты с нами поедешь али как? — тихонько на ушко спросил Золик. — Словечко молви, и сразу домчим.
— Неа, — вкус у мяса был божественный, — третий раз я уже не переживу. У Мстислава понятнее как-то, проще. А а в вашей избушке свои погремушки, не разберешь кто хороший, кто плохой. Да и домой хочу. А Мстислав обещал помочь.
— Сызнова опоит он тебя.
— Не опоит. Я теперь учёная. А ты что, Иванов слуга?
— Зять.
Интересное открытие.
— О как!
— Сестры княжича муж. Ворон Воронович
— Ты же как бы… птица, извиняюсь за мой французский. — совершенно некстати я представила, как Золик в человеческом обличии сидит на большом гнезде и отогревает попой крупные рябоватые яйца. — тоже белку съесть захотелось?
— Белку? — смуглое лицо оказалось совсем близко — Золик уселся рядом на пол. — Бельчат люблю и зайчат.
— Одни оборотни кругом! — со вздохом отставила я миску в сторону. — А те двое кто?
— Сокол Соколович и Орёл Орлович.
— Тоже зятья?
— Старших сестёр мужья.
— Высокие отношения. А чего тогда ты трёшься возле меня постоянно. Любишь жену-то?
Воронович не ответил.
