Это просто ужасно. Это такой позор. Я пришла к этому мерзавцу, предложить себя, как последняя шлюха. Явилась, не запылилась. Что было у меня в голове? А чего я ожидала? Ну чего? Он из той категории мужчин, что привыкли получать все. Я – клуша, не знающая ничего в этой жизни, кроме служения мужу. И оказавшись у разбитого корыта вдруг осознала, что вся моя жизнь просто фарс. На горизонте маячит тюрьма. Дома ждет ребенок мужа от чужой бабы, которая годится ему в дочери. Что еще может произойти, что еще больше мою жизнь перевернет с ног на голову. Точно уже меня удивить ничем ни у кого не выйдет.
Тошнота становится невыносимой, когда я выскакиваю в холл проклятого отеля. Чего я ожидала? Что он бросится за мной? Три ха-ха. Он вполне доволен собой. Получил, что желал, утер нос Райкову, теперь окучивает голую королеву. Молодую и модельную. А я… Вот уже не думала, что это так погано, чувствовать, что тобой попользовались, как одноразовой тряпкой. К лицу приливает вся кровь, в глазах пляшут веселые медузы из мультика. «Мы медузы. Мы медузы. Мы похожи на арбузы»
– Вы в порядке? – голос девушки за стойкой рецепшн я слышу словно сквозь вату. А в целом не вижу ничего. Ни ее, ни помещения вокруг, которое вдруг начинает кружиться со скоростью аттракциона «Сюрприз» в горпарке.
– Рита. Рита, вы меня слышите? – испуганно щебечет где-то на грани моего восприятия помощница Горячева. Ее Альбина зовут. Вроде. Это точно она. Только сейчас в ее интонациях нет насмешки вечной ее. – Ну чего вы встали? Скорую вызывайте. Миша…
И все. Меня накрывает такая теплая, такая мягкая темнота, что я даже получаю от нее удовольствие.
И когда наконец выныриваю из этого блаженства…
Глаза открыла я слишком резко. Ослепла от белизны, меня окружающей. На рай как-то не сильно похоже. Воняет дезинфектантом, в руку воткнута игла. Я в больнице, что ли?
– Маргарита Павловна, посмотрите на меня, – надо мной склонилось лицо в маске. Я попыталась сфокусироваться на луче фонарика, который впился мне в глаз даже болезненно. – Прекрасно. Как чувствуете себя?
– Как огурчик, – простонала я, чувствуя, как рот наполняется липкой слюной. И все мои страхи сменились только одним желанием, проглотить мерзкий магазинный маринованный корнишон и запить его маринадом прямо из банки. И я и вправду чувствую себя прекрасно. Тошнота отступила, голова не болит, впервые за последний почти месяц, с тех пор, как меня предал любимый муж. И плевать мне на девку в номере Горячева. Голую и горячую как кобыла. Блин, там девчонки мои, наверное, сходят с ума, а я разлеживаюсь. И…
– Ну и прекрасно. Прекрасно. Значит сейчас потихонечку встанете, чтобы не закружилась голова. Так, ноги медленно спустите на пол. Вот молодец. Теперь… Вам снова плохо? – озадаченно поинтересовался врач, увидев, как я сморщилась. От чего-то мне вдруг захотелось зареветь в голосину. И еще…
– Нет, просто я вдруг поняла, что хочу холодца с горчицей, и сладкого чаю, и сливок взбитых.
– Ну, в вашем положении в этом нет ничего удивительного, – хмыкнул медик. Врач мужчина. По голосу не понятно, какого возраста. И в каком это моем положении?
– Доктор, скажите честно, у меня рак? – вяло хныкнула я, передумав рыдать. Нужно принять страшную новость с гордо поднятой головой. – Желудок, да? Сколько мне осталось? Только не скрывайте ничего. И мужу не сообщайте.
– Ну, думаю мужу вы сама скажете. Порадуете.
Он что, издевается? Порадую? Хотя, скорее всего так и будет. Райков станет свободным, сможет законно и официально жизнь свою устроить. Ну и с деньгами все у него будет шоколадно. Концы в воду, так сказать. Ну вот уж хер ему. На зло не сдохну. Блин, как тошнит опять. До изжоги.
– И подруга ваша ждет в коридоре. Нервничает, переживает.
– Какая подруга? – господи, только не Валька. Она же с ума сойдет, если узнает мой диагноз. А потом сведет с ума всех в этой несчастной больнице, вынет из всех души и…
– Та, что вас привезла. В общем, сейчас мы еще разок сделаем анализы, чтобы удостовериться в том, что вы беременны уже наверняка. И решим, что с вами дальше делать. Возраст у вас уже…
– Я что? – глупо хихикнула я, поборов желание свалиться обратно на кушетку. – Доктор, вы это серьезно?
– Вполне. Вы женщина детородного возраста. Не первородка, фактически здоровы. Уровень ХГЧ в ваших анализах говорит о том, что вы беременны. Мы сейчас еще раз возьмем у вас кровь, и сделаем УЗИ, чтобы уже знать наверняка, и тогда назначим вам поддерживающую…
– Это невозможно, – рявкнула я, резко вскочила на ноги и тут же обвалилась обратно на насиженное место. – И я очень надеюсь, что вы не делились своими глупыми мыслями с моей подругой. Или кто там сидит в коридоре? Я пыталась забеременеть последние пятнадцать лет. Безуспешно. Прошла все круги ада, вплоть до ЭКО. Диагноз у меня, хроническое бесплодие неясной этиологии. Так что ваши фантазии Веснухина неуместны, и звучат как издевка.