Юнхуа подтолкнула меня к чану, и я залезла в восхитительно горячую благоухающую воду. Юнхуа глядела сочувственно, но двигалась уверенно. Схватила мочалку и принялась растирать мне кожу.
— Ничего страшного, ты привыкнешь.
Я быстро совладала с эмоциями, несколько раз повторила про себя: «Всё в порядке, мы выберемся. У меня есть сила». Только силы сейчас недостаточно. Не всякая проблема исчезнет, если я откину её в стену, не всякий враг окажется побеждённым, если его замедлить. Эол научил меня многому, и я всё усвоила. Настало время вспомнить, что я узнала самостоятельно, увиливая от наказаний матери и сбегая из дома, чтобы увидеться с Коити. Настало время быть хитрой.
— Юнхуа, скажи, у вас было много таких, как я?
— Нет, а год назад вовсе перестали их привозить.
— Что произошло?
— Последний был юноша. А потом в порту произошёл несчастный случай. Не только клан Судзуми, другие торговцы тоже отказались приезжать. Опасно. Госпожа Минчжу негодовала. У вас такая нежная тонкая кожа, — она погладила меня по щеке, — политики очень любят. Если бы госпожа Минчжу знала, что торговля сойдёт на нет, ни за что бы его не продала.
— Кто это был? — Я подалась вперёд, аж вода из чана выплеснулась наружу. К лицу прилила кровь, а язык прилип к сухому нёбу.
— Не помню имени. Но первый же клиент захотел его выкупить. Баснословные деньги оставил, между прочим. Золотом. Больше Минчжу на такое не пойдёт, будет беречь тебя, как пирог юэбин с семенами лотоса перед праздником середины осени.
— Коити? Его звали Коити?
— Кажется, звучит похоже.
На мгновение я обрадовалась, что нашла его след, но тут же поняла: здесь Коити уже нет. А если это и не он вовсе? А вдруг снова ловушка Хару-сана? Он направит меня по ложному следу в какой-нибудь хитрый механический капкан. С другой стороны, Хару-сан ведь ничего мне не сделал, хоть и мог убить во сне.
Юнхуа тем временем втирала масло, пахнущее персиковым цветом, мне в кожу и волосы.
— Но он был красив, такой тонкий, а глаза большие, добрые. До сих пор помню этот его взгляд, аж мурашки пробирают.
— Какой взгляд? — Я не помнила, чтобы кто-то в Коити примечал необычные черты. Конечно, для меня он был особенным, но другие…
— Давай не будем… Минчжу поручила мне подготовить тебя. Скажи, ты ведь не доставишь проблем?
Я снова растерялась. Юнхуа подтолкнула меня, призывая встать, и обернула полотенцем. Усадила перед большим зеркалом, подёрнутым патиной, и принялась расчёсывать. Волосы мои изрядно свалялись от долгого пути, но после мытья выглядели гораздо лучше.
— Я научу тебя правильно носить ханьфу. — Юнхуа взяла из корзины розовый, похожий на цветки лотоса костюм и объяснила, как наряжаться. На ней самой красиво смотрелся ханьфу бледно-зелёного цвета с ярким поясом, будто сама она тонкая тростиночка риса.
Мне нужно было выиграть время, чтобы подумать, чтобы узнать, кто выкупил Коити. А потом бежать, бежать со всех ног. Я надеялась, что здесь меньше охраны, чем в порту, — среди обитателей борделя либо слабые девушки, либо нетрезвые клиенты, с которыми можно справиться и без оружия.
— Не могу пойти! — выдохнула я.
— Это ещё почему?
— Я никогда этого не делала.
Рот девушки вытянулся буквой «о», она часто заморгала.
— Как это так! Не может быть! Нужно сказать Минчжу!
— Подожди, а что она сделает?
— Не знаю, наверное… наверное, устроит аукцион на первую ночь! Заморская, да ещё и цветок невинности! Тебя ждёт небывалый успех!
— Долго это займёт?
— Не меньше недели, нужно подготовить зал и угощения, пригласить гостей. А тебя научить танцевать! Найти ещё нескольких девушек, чтобы, так сказать, разогреть толпу. — Юнхуа хихикнула и кокетливо прикрылась ладошкой.
— Так быстро?
— Обычно уходит несколько месяцев на подготовку девушек и обучение всяким штучкам… Но у нас давно не было хорошего товара. Я слышала, что Цзян срочно ищет спонсора, потому что несколько бывших пропали при странных обстоятельствах… А сейчас, — тон похолодел, — сначала, конечно, подтвердить невинность.
Внутри всё неприятно сжалось. Я не знала, как это делается, но что-то подсказывало, что лучше этого и не узнать: как какой-то человек, какая-то женщина полезет… А если будет мужчина?!
— Подождёшь здесь, я схожу к Минчжу?
Так нельзя.
— Нет, давай вместе. Я готова сотрудничать.
Юнхуа как-то странно на меня покосилась, но позволила пойти с ней. Мы поднялись на верхний этаж. Кабинет Минчжу выходил окнами на внутренний двор и реку; сюда не доносился шум города, и свет, лившийся через окно, казался голубоватым. Комната походила на конторку портового торговца, но здесь невесомым пером всего коснулась женская рука. По узорам, уюту, запаху пачули было сразу понятно, что хозяйка отнюдь не простушка.
Она сидела за низким столиком, просматривая бумаги, вероятно, сводя доходы и расходы. Я часто заставала Кобаяси-сан за этим занятием в такой же точно позе — чуть склонившись и бегая пальцем по строчкам. Минчжу глянула на нас, будто ожидая, что мы принесли проблемы.
