Анкс лежал и смотрел на громадную преграду. Преграду к чему? Он вспомнил мягкие теплые волны, разливающиеся от Матери. Вспомнил то чувство единения, целостности и наполненности, которое испытал при воссоединении с Матерью. Вспомнил, как его сознание растворилось, и не было в мире ничего приятнее.
Сердце начало клокотать. Пылающая кровь растворила оковы леденящего страха. Он вновь захотел вернуться к теплу. Ярость забилась в висках, она выдворила панику. Анкс ясно ощущал, как маленький сгусток тепла бьется в его груди. Маленький сгусток, стремящийся вернуться к целому, которое его породило.
Он вскочил на ноги, издал животный рев и бросился на мужчину.
И тут Анкс вдруг увидел себя со стороны. Как он – то ли человек, то ли животное – сломя голову несется вперед. В те несколько шагов, которые разделяли его и мужчину, стыд разом погасил его клокочущую ярость. Будто кто-то невидимый наблюдал за ним сверху, осуждая его несдержанную животную природу.
Видение рассеялось, будто туман под напором ветра. Анкс увидел шамана, который опустил руку и замер перед ним в темной пещере.
Тело лишилось веса, мысли исчезли, осталось только мерное дыхание.
К Анксу приблизилась фигура, окутанная тенями. Темное, практически черное, нечеловечески симметричное лицо склонилось над ним.
– Откуда в тебе это? – прошептал глухой голос.
Анкс хотел что-то сказать, но сознание его провалилось в пустоту. Он упал на едва теплый песок ночной пустыни с одинокой яркой звездой где-то на горизонте. Легкий ветер нежно коснулся его, и Анкс уснул.
Анкс очнулся в темной пещере. Голова кружилась, тело ныло от боли и истощения. Он попытался приподняться, но мышцы не слушались.
– Красс! – раздался глубокий бас.
Анкс повернулся на звук и уставился в темноту.
Тяжелый предмет грохнулся рядом, заставив его вздрогнуть и отпрянуть. Анкс посмотрел вверх и увидел блестящие в темноте глаза. Они переливались, будто рыбья чешуя на солнце.
– Воды, – прогудел обладатель блестящих глаз.
В темноте зашевелились.
– Пей, – приказал он и протянул Анксу воды.
Раздался чирк, вылетела искра, и рядом с Анксом разгорелся огонь. Он жадно схватил воду и начал лакать, с трудом прерываясь на дыхание.
Над ним стоял очень широкий и высокий человек с длинной седой бородой. Красс сел рядом и оперся руками на свой огромный молот.
– Где я? – спросил Анкс, вдоволь напившись.
– А где ты должен быть?
– Я, – Анкс замялся, – я помню ритуал. Я прошел испытание?
– Хм-м, – Красс ухмыльнулся, – в каком-то смысле.
– Дайте ему еды, – прозвучал тихий голос.
Из темноты выплыла размытая фигура, словно покрытая тенями.
– Отдыхай сегодня, завтра я вернусь за тобой, – сказал он и исчез.
Анкс наелся, и тяжелая усталость обрушилась на него, повалив обратно на землю. Латный ботинок затушил костер, и Анкс заснул.
Во сне он вновь увидел ритуал. Но на этот раз он добрался до шамана, от которого исходило белое свечение, и сорвал с него багровый балахон. Источающее белый свет лицо Кана пристально смотрело на него. Анкс отпрянул и упал. Тело обдало холодом и сковало.
Он очнулся в полной темноте. Сердце бешено колотилось.
Чирк – и зажегся одинокий факел. Великан сидел рядом.
– Он ждет тебя снаружи, – пробасил Красс, вручая факел Анксу.
Анкс вышел на солнечный свет, который даже сквозь густой туман обжег ему глаза. Он развернулся и отдал факел великану. Тот стоял у выхода из пещеры, так, что его голова оставалась в темноте.
– Человек, ты же знаешь, что у предателей нет союзников?
Великан сжал горящий факел в ладони, и тот лопнул.
Анкс посмотрел на два блестящих глаза в темноте, и холод пробежал по спине.
– А вот и ты! – раздался тихий, но оживленный голос.
Анкс повернулся и увидел мужской силуэт, окутанный тенями. Они витали вокруг, размывая контуры и черты, будто человек находился под толщей мутной воды. Он протер глаза, но ничего не изменилось.
– Как тебя зовут? – прозвучал мягкий и приятный голос.
– Анкс.
– А я Кэил.
Фигура оказалась достаточно близко, и Анкс пристально всмотрелся в человека за пеленой теней. На мгновение тени расступились, и два мутных мертвецких глаза на застывшем синюшном лице уставились на него в ответ. Дыхание сперло, и он замер не в силах пошевелиться.
– Что ты такое? – шепотом промямлил Анкс.
– Надеюсь, что все еще человек, – весело ответил Кэил, не меняя выражения лица.
Вопросы роились у Анкса в голове: «Кто он? Что он такое? Что за тени кружат вокруг него? Кто эти великаны в пещере?» Но на поверхность вырвался, кажется, наименее важный:
– Я прошел испытание?
– Нет, – нисколько не смутившись, ответил Кэил.
– Тогда почему я жив?
– Яростные убивают тех, кто отдался страху. Если ты проходишь посвящение и, как они говорят, пробуждаешь зверя, то возвращаешься к своим первобытным началам и становишься частью культа. В противном случае тебя поглощает страх. Для яростных нет ничего хуже такой участи, и они из сострадания убивают тех, кто не смог пройти ритуал. Но ты не поддался страху, как, собственно, и ярости.
– Тогда что произошло?
