И сколько он еще продержится на этих письмах? Конечно приятно получить весточку от Киа, но этого Нерги было мало. Словом удовлетворен не будешь, а получить волка - задачу трудная и варианты ее решения бывший военачальник обдумывал так же и как военные планы. Итак, живым в мире Ора есть оборотень Киано, он же эльф и он же меч. Это цель. Средства почти исчерпаны и их выбор исходит из того, какие помехи надо преодолеть. А помех много - клан, эльфы и две самые главные, беловолосый и мечи. Нерги выяснил все что мог, об эльфе, так нагло перешедшем дорогу и отобравшем драгоценную добычу. Ничего особенного, смазливый сын богатого приморского купца, жизнь закончил тем, что совершил дурость, кинувшись под сабли из-за отказа все того же Кианоайре. Наверно купчишка не привык, чтобы ему отказывали, с издевкой думал Нерги. Непонятным было с ним одно, за какие такие заслуги ему вернули тот мир, мир живых? В серых мирах обретается полно героев, прекрасных дев и невинно убиенных, не отец же в самом деле выкупил его? Выпустили хранители, и наверняка не без их помощи пройдоха Тэрран и эльф смогли пробраться в поместье. Неясно тогда, рассуждал Нерги, как беловолосый смог получить Киа и почему волк его любит. Понятное дело, спас из плена, хотя что там, из плена, по совести говоря, волк спас себя сам, Тэрран и этот, всего лишь помогли. Ошейник? С этим трудно не согласиться, он, Нерги, присутствовал при оглашении властелином условий. "Ошейник снимет тот, кто любит и не таит обиды", такие примерно были слова. Эльф смог, даже Тэрран не решился, - Нерги надоело слушать бесконечные рассказы дриад об этом. Ладно, все это мелочи, итак, эльф получил Киа, а он, Нерги, остался мертвым и ни с чем. Но темный эльф не привык терпеть поражений и обид и теперь следовало понять, что же делать с помехой по имени Иррейн. Эльф не имел права Граней, следовательно, его нельзя поймать и убить, отдать на забаву тварям Инъямина, а в мире Ора Нерги больше не властен. Договориться с кем-то, кто имеет магию во всех мирах? Тут тоже препятствие - за время своей беспутной жизни темный эльф успел обрести много недругов на Гранях, даже среди стихий и богов. И даже если подговорить стихии, то может пострадать Киа, а этого допускать нельзя. Да и в мечах загвоздка - стервец Мейлин сумел сделать так, чтобы клинки были неразрывны и если причинить вред одному, то.... Значит, в идеале надо получить два меча, один из которых оказывается лишним, а второй беспомощен без первого. Таких загадок Нерги еще не приходилось разгадывать, и он пообещал себе подумать об этом позже, а пока решил почитать то, что ответил Киа.
Как ты мне надоел, Нерги! Сколько можно писать бессмысленные слова, я зарекаюсь отвечать тебе, и все равно не могу переступить через свое любопытство, ругая себя нещадно. Но я сумею побороть эту слабость, лишь бы ты исчез из моей жизни навсегда. Не обольщайся, я вспоминаю тебя и дни, что я провел в твоем доме, как отвратительный кошмар, до сих пор не могу простить своему телу того, что оно предало меня тогда. Твоя подлость с татуировкой и заклятьем не тот способ, чтобы завоевать мое сердце, да и у тебя нет шансов – оно мне давно не принадлежит.
С твоими клинками обращаюсь аккуратно, впрочем они уже давно мои, не могу, правда, сказать тебе спасибо за то, что ты устроил мне очаровательное посмертие в узкой железке. Вообще, чтобы прекратить эту тягомотину, буду краток: искренне желаю сгинуть тебе в серых мирах, а себе желаю – больше никогда не слышать ни твоего имени, ни видеть тебя.
Кианоайре Тэрранион
Буря и корабль были не лучшим место для того, чтобы писать ответ Нерги, но Киа утешило и это. Краткий поход на Грани и точка во всей этой истории. Пусть рыжая гнида хоть обпишется, больше он читать этого не будет. Хватит, иначе не сможет посмотреть в глаза Ирне.
Ночь была невыносима – корабль метался по воде, как бумажный по ручью, если ребенок дует на него сверху, все были мокрые и злые. Киано ничего не слышал, кроме свиста ветра и плеска воды, которая, казалось была везде – он вымок по самую холку, смирившись с тем, что лежит в луже, только подняв повыше голову, положив ее на ноги Иррейну. Судя по изредка доносящимся голосам – «Сокрушителя бури» они потеряли из виду совсем, но это не самая большая беда. Бьерн предусмотрел и это, условившись встретиться с Рагнаром в условленном месте, лично Киано беспокоило то, что на Рагнаровом корабле был Таро, который после битвы на стоянке заменил раненого в команде ярла. И лишь к утру дождь и ветер начали стихать, к радости измученных людей, и как только стало чуть спокойнее, волк обернулся в эльфийский облик, чтобы помочь вычерпывать воду.
- Давно я такой дряни не видел, весло мне в рот! – ругался Бьерн, - Рагнар хер знает где, мы тоже в заднице у тролля. Скорее бы утро, там хоть к берегу пристанем.
- Дичь за мной, - коротко пообещал Киано, и еще одно ведро воды улетело за борт- у меня все затекло, а так хоть разомнусь. С Рагнаром на этом месте встречаемся?
