— Тогда было жарко, на мне — только шорты. Отец запрещал мне раздеваться, потому что видел твой хищный взгляд. Боялся, как бы чего не вышло.
— И вышло, — с усмешкой подтвердил Люциан. — Я развратил тебя.
— Ты лучше всех, кто у меня когда-либо был, — прошептал со страстью Кальцифер и навис над лицом брата. — Ты навсегда останешься моим первым мужчиной, братик.
Моргенштерн обессиленно застонал, разрываясь от противоречий.
— Мне нужен Молох…
Кальцифер покачал головой, пытаясь утешить брата.
— Только вот ты ему — нет. Вы нескоро увидитесь. А если и так, то ты будешь совсем другим.
— Почём тебе знать? — подозрительно спросил Люциан.
— Ты никому не будешь нужен, кроме меня, — Кальцифер обнял брата и поцеловал в щёку. — Все они будут тебе лгать. Они все тебя будут использовать.
— Кто «все»? — нахмурился Люциан, не сопротивляясь коротким поцелуям младшего.
— Они. Те, кто возомнили себя правыми и сильными. Хозяевами жизни, братик… Твоими хозяевами.
Моргенштерн взял Кальцифера за подбородок и повернул к себе.
— Я ни за что не стану ничьей марионеткой.
— Но тебе понравилось, как Молох дёргает за ниточки, — мягко возразил Кальцифер.
— Ты слишком навязчив для видения, — Люциан вздохнул и откинул голову на подушку, отпустил демонёнка. — Настоящий Кальцифер таким не был.
— Настоящий Люциан тоже не стал бы лежать по уши в своих сожалениях, — сдержанно посмеялся Кальцифер. — Избавившись от меня, ты не избавишься от проблем. Попробуй выставить меня виноватым — останешься в дураках. Мы ближе, чем ты думаешь, — носом юноша тёрся о щёку Люциана. — Как же тебе страшно… быть брошенным.
— Меня не бросили! — вспылил Моргенштерн и вскочил с постели. — Ему просто нужно время, он вернётся!
Кальцифер потёр подбородок, по которому Люциан врезал плечом, когда вставал.
— Ты и сам в это не веришь.
— Я и в то, что ты мой брат, не верю, — отрезал Люциан.
— Это не имеет значения, потому что ты уже на ногах, братик, — во взгляде Кальцифера больше не читалось задумчивости — он пытался придать себе простоты. — Зря ты стыдишься всего, что произошло… Это хорошо. Мы понимаем друг друга.
— Не хочу я ничего понимать… Я просто хочу показать ему, что он меня не сломал. Что я сильнее, чем кажусь. Я не из тех сладеньких мальчиков, которых он лапал. Я окрепну, и мой кулак встретится с его мерзкой мордой.
Кальцифер посмотрел, подперев голову руками, будто увидел очень глупое кино, но ничего не сказал.
— Пока я есть, твоей победы не будет. Ты навсегда останешься расколотым надвое никому не нужным мальчиком, — почему-то демонёнок показал на себя и ловко привстал с кровати. — Но злость — это хорошо. Она даст тебе сил. Я буду вожделеть тебя каждый момент, когда ты будешь восходить по лестнице, всё выше и выше. Становиться сильнее и сильнее. В нашей власти всё…
— Нет, — резко возразил Люциан, взяв демонёнка за лицо и заставив посмотреть себе в глаза. — Убирайся туда, где тебе место. Подальше от меня. Если я и буду становиться сильным, то только зная, что нигде не пахнет хитрой шлюхой.
— На правду смотреть никто не любит, — фальшиво улыбнулся Кальцифер, убрав руки Люциана от своего лица. — Как хочешь. Но ты придёшь ко мне, когда соскучишься по тому, кто не бросит тебя.
— Меня. Никто. Не бросал, — с расстановкой прорычал Моргенштерн и сжал руки в кулаки.
— Злость. Тебя. Спасёт, — прошептал Кальцифер с желанием и поцеловал брата в губы. — Они все предадут тебя, но я останусь.
Поцелуй заставил Моргенштерна почувствовать себя странно. Некоторое время он стоял, как вкопанный, пытаясь осмыслить произошедшее. Услышь их кто-нибудь, дело приняло бы неприятный оборот. Люциан решил молчать об этом, а ещё лучше — забыть. Может, Кальцифер, как и Молох, окажется в его жизни лишь лживым призраком. Поковырялся пальцем в душе, раздраконил рану — и пошёл довольный дальше, насвистывая лихой мотивчик. И оставляет тебя, как дурака или ребёнка, рыдать в пустоте. Одно Люциан знал точно: он не станет преследовать это странное видение или взывать к нему. Оно не было Кальцифером и таило что-то тёмное, опасное, с чем Моргенштерн никогда бы не захотел встречаться. Да, демонёнок выглядел милым и наивным, но эта перемена в лице, произошедшая в разговоре, заставила содрогнуться. Нет. Настоящий Кальцифер никогда таким не был.
========== Оказия 20-2: Дай мне знать ==========
***
Растрёпанный и раскрасневшийся, Кальцифер вышел из комнаты, прихрамывая и растирая запястья. Предстояло наконец приступить к развязке, однако Вейла это теперь, похоже, не вдохновляло.
Он напряжённо курил, глядя, как приближается к ним Слайз.
— Мы закончили так быстро… — недовольно протянул ящер, разминаясь. — Эти мальцы меня всего ободрали как липку. Ловкие пальчики, — ухмыльнулся Слайз, посмотрев на Кальцифера и подмигнув ему. Кали покачал головой и отвернулся, всё ещё не в силах прийти в себя.
— Я знал, что ты не удержишься! — победно фыркнул Слайз и похлопал Вейла по плечу.
Демон угрюмо посмотрел на своего приятеля и выпустил ему дым в лицо.
