— Не извиняйся, — улыбается он. — Все мы меняемся. Но свои обещания я помню.
И они рука об руку взмывают в небо.
========== освященные огнем ==========
Комментарий к освященные огнем
Powerwolf — Sanctified With Dynamite
Кара и фраза Брома “Жанна д’Арк нового времени”
Кара говорит, если бы Жанна д’Арк жила в наше время, она добилась бы гораздо большего, и уж точно не была бы сожжена на костре. Она жгла бы своих врагов в безумном пламени войны, определенно. Но бедняжка Жанна выбрала не то время и не ту войну. Сейчас она могла бы даже развязать ядерный конфликт, почему нет. Главное — это возможности.
Ишим не знает, с чего вдруг Кара вспоминает про Орлеанскую деву, Ишим не знает, что там творится в ее воспаленном разуме, в череде и мелькании образов и мыслей, среди откровенного и показного безумия, за этой мутной оболочкой. Ишим не понимает, когда ‘мы спасаем мир от чертовых ангелов и их навязчивого и ослепляющего света’ превращается в ‘мне имя холокост’. Когда миссия по тотальному освобождению превращается во всесожжение.
Если Жанну сожгли на костре, то Кара, вполне возможно, однажды шагнет в костер сама. Ей хватит безумия. Ей хватит сил для последнего шага.
Кара в последнее время то в шутку приставляет револьвер к виску, то возвращается из битв израненная настолько, что живого места не найти, а тело кажется отбитым куском парного мяса, красным и пропитавшимся кровью. То она кричит во всю глотку, метаясь в толпе озверевшим смерчем, то отправляет на смерть израненных и избитых — ею же — людей. И автоматы решетят безвольные тушки, и вот они падают в лужу крови один за другим, в кучу, как трупы животных на скотобойне. Вот только забивание коров, глядящих в душу мокрыми выпуклыми глазами и протяжно мычащих, приносит совсем не то удовольствие, что крик, дробящийся о грязные стены, замаранные граффити.
Смотрите же, вот она — мисс Дарк нашего времени. Ее руки, не заживающие после драк, привычны к мечу и спичкам. Сражаться и выжигать — вот все, что она умеет. И умрет так же.
Кара говорит: мы должны дойти эту войны до конца. Умереть или победить — что, впрочем, равноценно в данном случае. Мы, выступившие против самого Господа, обречены погибнуть, свернув шеи на вершине, и Бог будет смеяться, глядя на белую кость, порвавшую шею, и на искаженные ликующими улыбками лица.
Изощренный способ самоубийства, так она это называет. Всесожжение во благо. ‘Все’ — значит и себя тоже, ибо что такое мы в контексте вселенной, а? Глупая Жанна не додумалась до такой простой мысли, однако все равно осталась как-то в веках, стала символом.
Единственное, чего они хотят, — это оставить свой след в истории. Безобразный белый шрам на ее теле, воспаленную опухоль, пару отвратительных отметин на ее чувственной шее. Прогреметь криками, раскрасить в алое стены.
Не стать очередным человеком-символом, стать чем-то большим. Стать тем, ради кого хочется пасть в самый низкий Ад и убить — хоть Бога, хоть кого. Дайте людям уверенную речь, и в большинстве случаев за вами пойдут, и вы станете пастырем всем этим овцам, козлам и гиенам. Все только и ждут, объясняет Кара, что однажды встанет кто-то и поведет их за собой.
Ишим смотрит, как она танцует на пожарищах и кричит свои резкие слова. В глазах ее алым неоном выведено: kill ‘em all. Если ей нужно будет взойти на костер ради высшей цели, она взойдет, ради того, чтобы народ встал за ее спиной живой волной — и их общим сердечным ритмом правда можно будет уничтожать миры. Или она сожжет все дотла, коль уж будет необходимо. Коль уж ее бесы нашепчут ей такое.
Кара бросает спичку в липкую лужу бензина, наблюдает за поднимающимися языками пламени. Все они освящены огнем, в нем же и умрут.
Она поворачивается к Ишим, цепляется за тонкие девичьи запястья. Та не успевает даже вскрикнуть, видит только незнакомое чудовище в знакомом любимом обличье, и черты ее лица резкие и чужие. Руки у Кары холодные, а вот дыхание горячее, и она выдыхает в лицо Ишим, почти выжигает на ее губах:
— Молись.
========== утро добрым не бывает ==========
Комментарий к утро добрым не бывает
*в большинстве случаев
Слишшшком флафф (недовольно шипение), пропущенная сцена из последних глав Debellare superbos
Если я скажу, что искренне завидую тем людям, которые считают каждый день повтором предыдущего, надо мной искренне посмеются эти счастливчики, чья жизнь напоминает классический треугольник дом-работа-дом. Глупые люди понятия не имеют, как им хорошо.
Когда заходишь на кухню, не всегда знаешь, застанешь ты там Влада или горящий телевизор. Или не застанешь кухни вовсе, а Войцек с легкой, почти извиняющейся улыбкой будет убеждать, что все затраты на ремонт он возьмет на себя. Словом, та еще лотерея, от которой зависит, пойдет в бездну твой день или нет.
Я ведь уже упоминал степень своего невезения, возведенную коварным Господом в абсолют, и то, что я ни разу нормально не выигрывал в азартные игры? Ну вот и думайте теперь, какова вероятность провести утро за устранением разрушений после работы одного упрямого мага.
