— Да какое дежурство, это мы тридцатого в ночь в усилении этом долбаном, — отмахивается Влад. — Развлекаемся пока, двадцать четвертое же. У нас, конечно, не Рождество, но к Новому году уже все украсили. Хотя я всю жизнь католическое праздновал, никак не отвыкну… Инквизиторство сказал, что на Новый год ему больше всего на свете хочется простого человеческого поспать, но про сегодня он ничего не говорил, так что я решил, что надо пошататься по городу. Еле вытащил, гуляем вот по центру, на елочки смотрим, огоньки прикольные, все так сияет… А у тебя что-то серьезное?
Конечно, Кара честно рассказывает ему про письмо и обещает даже показать при личной встрече.
— Ты подваливай, кстати, к вечеру тридцать первого, — предлагает Влад вдруг, улучив нужный момент. — Не вздумай спорить, мы уже все спланировали с Ишим, это обязательно. Елку нарядим, Ишимка вкусное что-нибудь сварганит… или я помогу тоже, что уж там…
Кара не сразу осознает, что ее приглашают праздновать этот непонятный человеческий Новый год — даже не Рождество, а нечто совсем уж странное.
— Вам, вроде, и без нас весело… — неразборчиво говорит она. — То есть, вам с инквизиторством.
— Не-не, приходите, Новый год — семейный праздник, — кажется, обижается Влад. — У Ишимки очень тонкий эстетический вкус, она точно подскажет, как все красиво оформить. Я уже дождика этого блестючего натащил домой, мишуры хоть завались, елка стоит…
— А зачем?..
— Не знаю, — огрызается Влад. — Инквизиторство попросил найти что-нибудь к празднику, и я… увлекся. У нас еще огоньки есть, ну, гирлянды.
— Детский сад, Войцек… Только недавно день рождения Яна праздновали, и вот ты опять что-то выдумал.
У него там кто-то шумит, кричит, отдаленно грохочут залпы салюта. Кара отстраненно смотрит на часы, но не удивляется: в Петербурге темнеет рано.
— Зачем люди столько праздников выдумали? — выпаливает она то, что долго уже мучает ее.
Влад задумывается ненадолго, замолкая.
— Кто-то скажет, законное обоснование для пропущенной рюмки, но вообще… Каждому человеку свойственна вера в чудо, Кара. Во что-то светлое, радостное, яркое. И любому хочется вырваться из рутины, из одинаковых рабочих дней, чтобы провести время с людьми, которые дороги.
— Так что мне делать? — спрашивает Кара немножко растерянно.
— Не знаю, сама подумай. Стоит ввязываться в это или легче, как Люцифер, игнорировать детские опечатки. Не в сказке живем, в конце концов… Ладно, я побежал, тут Аннушка подвалила с закуской… а, нет, это ее парень. Надо же, как просто перепутать. Приятно поработать с бумажками.
Кара не уверена, слышал ли он ее разъяренный рык или вырубил амулет прежде. Без болтовни Влада в голове, по скорости сопоставимой с пулеметными очередями, приятно пусто, но она уже сосредотачивается на другом образе.
— Как будет время, достань мне какого-нибудь мирного щенка от наших гончих, — просит она Вельзевула. — Отправить мальчишке из Англии. Да, тут адрес есть. Спасибо.
Она улыбается, перечитывая снова, глядя опять на «дорогой Сатана…», и наливает себе еще с чувством выполненного долга. Творить чудеса неожиданно приятно — как бы не войти во вкус.
========== ромашки ==========
Комментарий к ромашки
проблемы белых людей и черных рубашек; немного наболевшего. как мы знаем, Влад всегда ходит в одинаковых рубашках под цвет души… а вдруг они у него закончатся?
постбуря, Влад бес и все такое.
ну и вот бонусом изверг инквизиторство в злосчастной рубашке с ромашечками: https://pp.userapi.com/c845221/v845221098/18a0cd/lPfIkT2TQM4.jpg
— Инквизиторство, а где мои рубашки все? — громко поинтересовался Влад, резким рывком распахивая скрипучую дверцу шкафа. — Ни одной что-то не вижу…
— А они кончились, — ровно заявил Ян.
Оглянувшись, Влад увидел его, стоящего в дверях, облокотившегося о стену. Инквизитор, закусив дымящуюся сигарету, глядел на него с явным любопытством и тонкой насмешливой улыбкой, будто рассчитывал на какое-то весьма забавное зрелище.
— В смысле в стирке? — переспросил Влад. — Так давай, я их заклинанием быстро просушу…
— В смысле кончились. — Ян показательно принялся загибать пальцы: — Последнюю ты вчера порвал об забор, угораздило ж на гвозди напороться, сзади — в мясо, половину там оставил, эти лоскуты уже не собрать. Предпоследняя позавчера была вся в краске, хотя я тебя честно предупреждал не лезть на стройку за тем придурком. А до этого еще одной рукав начисто сожгло: говорил же колдовать аккуратнее… Мне продолжить?
Влад задумчиво ковырнул ногтем дверцу шкафа, покосился на собственное озадаченное отражение, почесал рога. Ему почему-то казалось, что привычных черных рубашек у него куда как больше… И, медленно осознавая поднимающийся ужас, заглянул в свой угол, принялся торопливо тасовать вешалки с вещами.
— Белую не бери, она одна, жалко, — практично посоветовал Ян. — Мало ли… Оставим ее на самый крайний случай, если совсем беда.
— Ладно, тогда я твою возьму, — тут же очнулся Влад, бодро сунувшись в платяной шкаф чуть не полностью. — Вот эта синяя в клеточку ничего…
