«Странно, — подумал он и, подставив лицо лучам Анара, с довольной улыбкой прищурился. — До конца зимы еще месяц».
Однако фэа утверждала совершенно иное. В саду позади крепости звонко пели птицы, пахло прелой землей, и казалось почти кощунством отправляться в мастерскую, чтобы запереть себя там до самого вечера. И все-таки Тьелпэ ждали дела.
Решительно стиснув зубы, он усилием воли отогнал от себя непрошеные думы, проворно оделся, спустился вниз, позавтракал и уверенно направился в сторону хозяйственных помещений.
Однако мысли все же упрямо возвращались к тем восхитительным, будоражащим душу запахам, продолжавшим долетать до него сквозь распахнутые окна и двери.
Тяжело вздохнув, Тьелпэ кинул перчатки на стол и оглянулся. Собственно, выбор у него теперь был небольшой — продолжать заставляться себя и остаться недовольным результатом или же отложить инструмент и пойти погулять.
Аргумент, что отец дома, а, значит, его собственное время снова принадлежит по большей части лишь ему одному, в конце концов определил исход метаний. Куруфинвион загасил огонь в печи и, накинув на плечи куртку, вышел во двор.
Тихонько переговаривались на стенах стражи, сновали нисси, спешившие куда-то по делам, гуляли рядом с птичником обрадовавшиеся погожему дню куры.
Путь Тьелпэ шел по посыпанной гравием дорожке мимо мастерских, покоев верных и птичника в сторону левад.
Отяжелевший снег немного затруднял движение, однако все же не настолько, чтобы испортить прогулку. Дышалось легко и свободно. Тьелпэ щурился, разглядывая небо, и размышлял над вопросом, уже который день не дававшим покоя: какого жеребца выбрать в подарок Финдекано. Видений, к его огромному сожалению, больше не приходило, поэтому предстояло как-то решать самому. Куруфинвион приглядывался к молодняку, надеясь, что те ему однажды подскажут.
Тем временем он почти добрел до цели, и гулявшая в леваде Тари заметила эльфа. Весело заржав, она побежала к нему. Поблизости был вороной аманский двухлетка по кличке Рене. Прекратив жевать сено, он проводил Тари внимательным взглядом, но, заметив, что кобылка и нолдо дружески общаются, заметно расслабился.
Тьелпэ погладил Тари, поиграл с ней, и она вернулась к своему четвероногому другу. Куруфинвион проводил ее взглядом и задумался, не нашелся ли ответ на его вопрос.
«Кажется, стоит еще за ними понаблюдать. И если они действительно успели подружиться, то в подарок Финдекано, пожалуй, отправится именно Рене».
Весна на этот раз была затяжная. Зима не желала покидать земли Белерианда, продолжая порой сыпать снегом. Дороги сделались трудно проходимыми, так что Морифинвэ и его спутникам пришлось задержаться в подгорном королевстве.
Договоренности были достигнуты, переговоры давно завершились, так что нолдор могли просто приятно проводить время за чтением книг или же в одной из кузниц, любезно предоставленной наугрим в их распоряжение.
Дело в том, что гости из Таргелиона поделились некоторыми секретами, рассказав, что делает их сталь более твердой, но при этом нехрупкой. Гномы же в ответ предложили поставлять руду за существенно меньшее вознаграждение, чем планировали. Когда же Карантир обещал еще и показать, как стоит вести сам процесс выплавки, радости наугрим не было предела. Они незамедлительно предложили одну безвозмездную поставку в год, правда, меньшего объема. Однако Карнистира это абсолютно не огорчило — ему предоставилась возможность познакомиться с технологиями гномов. Иначе показать на практике весь процесс он не мог. Наугрим скрипнули зубами, однако детально рассказали о назначении и устройстве каждого предмета в кузнице. После того, как нолдор и дети Махала провели там многие часы, скрывать что-либо от гостей не имело смысла.
Чем ближе становился отъезд эльфов Таргелиона, тем больше нервничал государь Регин. Однажды утром он лично, но в сопровождении одного из советников и почему-то Рори, заглянул в комнату лорда.
— Сегодня мы исполним то, что велят предки! — начал он величественно и несколько скорбно.
— Доброго дня, — немного растерявшись, ответил Морьо, которому очень хотелось узнать, что же удумали эти коротышки.
Пробыв несколько месяцев в их королевстве, он понял, что обычаи и традиции двух народов разнятся, но вроде бы ничего непоправимого ни он, ни его спутники не совершали.
— Ждем вас, лорд Карантир в тронном зале. Через час. Никто не посмеет сказать про Регина, что он не чтит заветы Махала!
— И про Рори, лорд.
С этими словами наугрим вышли, оставив озадаченного Карнистира теряться в догадках.
Как только гномы покинули нолдо, тот незамедлительно направился к верным.
— Слушайте меня внимательно, — начал с порога Карантир, — будьте готовы в любой момент отправиться в обратный путь. Возможно, без меня.
— Что? — донеслось сразу с нескольких сторон.
Морифинвэ поведал своим спутникам о недавнем визите гномьего короля.
— Да мало ли какие у них там заветы. Мне кажется, вы зря волнуетесь. Не мог же Аулэ повелеть им убивать лордов нолдор, — начал один из них.
