— Аммэ? — вошедший Тьелпэ бросился к ней и обнял за плечи. — Кто посмел обидеть тебя?! Я… я накажу его! — быстро проговорил он.
Лехтэ лишь устало покачала головой.
— Не надо, сынок. Все уже хорошо, — тихо ответила она.
— Я же чувствую, как плачет твоя фэа! — воскликнул он.
«Покарать, — Тьелпэ распрямился и, задумчиво нахмурившись, посмотрел за окно. — В любом случае чужаков в крепость не забредало. Значит, кто-то из родичей? Атто сказал что-нибудь резкое? Или сделал?»
Желание найти его прямо сейчас и спросить прямо, что случилось, стало практически непреодолимым. Отыскать и… попросить извиниться? Или помочь ему?
И тут словно кто-то настойчиво прошептал ему на ухо: «Смерть. Только кровь смоет вину». Перед глазами встало видение, как он бросает к ее ногам труп обидчика. Куруфинвион даже головой тряхнул: «Нет, я не желаю убивать эльда. Откуда, как мне это пришло в голову?» Ему подобная мысль принадлежать не могла, это он знал совершенно точно.
В тяжелом раздумье он опустил голову, и тут взгляд нолдо упал на руку. Амулета на ней не было. Торопливо порывшись в карманах, он нашел его и надел. Шепот сразу же прекратился. Оглядев металл, он заметил трещину.
«Кольцо просто ослабло и спало с руки, — понял он, — чем и не преминул воспользоваться Враг, попытавшись исказить».
— Йондо? — с недоумением окликнула Тэльмиэль сына.
Тот встрепенулся:
— Прости, аммэ, мне прямо сейчас надо пойти в мастерскую и кое-что сделать. А потом, если ты захочешь, я поищу отца.
Куруфин тем временем выбежал на стену и принялся смотреть на север. Пики Тангородрима на этот раз звали, манили, убеждая прийти и просто забрать Камни, чей свет он не готов был забыть никогда. Чем дольше он смотрел в сторону Ангамандо, тем разумнее ему казалась мысль незамедлительно отправиться за сильмариллами. Сердце все быстрее гнало кровь, в которой бушевала искаженная Врагом Клятва.
Неожиданно тонкая мелодия достигла его слуха, и пелена спала с глаз. Даэрон играл в саду на флейте, а сидевшая рядом с ним Ириссэ с любовью глядела на мужа.
— Эру Единый! Что же я наговорил Лехтэ?! — ужаснулся он и бросился назад в покои.
Супруги в них уже не было. Ушедшая вместе с сыном Тэльмиэль решила, что лишь долгая прогулка поможет ей восстановить равновесие фэа. Она уже седлала скакуна, представляя, как минует Аглон и достигнет Ард-Галена, когда в конюшню ворвался Куруфин.
— Прости меня! — произнес он.
Лехтэ промолчала.
— Я… я не знаю, что на меня нашло. Мелиссэ, куда ты собралась?
— На север, — ответила она. — Хотела проскакать по равнинам, пока они не укрылись снегами.
— Чем тебя не устроил Эстолад? — удивился Искусник.
— Не знаю, — честно призналась она и выразительно пожала плечами. — Просто захотелось. В конце концов, равнины юга я уже видела, а север нет.
Куруфин сделал шаг, еще один и прижал все еще немного напряженную супругу к себе.
— Не делай так больше, прошу тебя, — ласково произнес он, а пламя его фэа усмирило искажение в крови, позволяя Куруфину быть тем, кем он всегда и являлся.
Низкое серое небо дышало тревогой. Подгоняемые холодными северными ветрами, волны с шумом бросались на берег, словно негодовали и желали о чем-то сказать.
— Еще немного, и придет зима, — Келеборн оглянулся на жену, и на лице его, противореча словам, появилась светлая, умиротворенная улыбка. — Нам следует торопиться.
— Ты как будто рад этому? — догадалась Галадриэль.
— Так и есть, — не стал отрицать ее муж.
— Как раз самое время обсудить, как следует поступить дальше, — владыка Новэ подошел к столу и, разложив карту, тщательно расправил ее.
— Согласен, — Келеборн приглашающе кивнул супруге и присоединился к Кирдану.
Взгляд синды заскользил по контурам рек, озер и высоких гор. Казалось, он смотрит и видит не линии на карте, но простирающиеся где-то там, вдалеке, просторы. В глазах его читались одновременно ожидание и решимость, готовность действовать. Дочь Арафинвэ кивнула и села на стоявший поблизости стул.
— Итак, — заговорил Корабел, — что у нас происходит теперь в Белерианде?
— Враг блокирован в своей северной твердыне, — ликующе-звонким голосом ответила Галадриэль, — он так и не смог прорвать осаду. Владения нолдор выстояли.
Келеборн добавил:
— Тьма Дориата пала. Тингол и Мелиан убиты, и правит королевством теперь Трандуил. Он наш союзник.
— Отличные вести, — согласился Кирдан. — Сын Орофера хотя и юн, но я уверен, что он справится.
— Правда, потери нолдор велики, — добавила эллет с печалью в голосе.
— Как и среди тварей, — заметил Келеборн.
Кирдан вздохнул и несколько секунд молчал, собираясь с мыслями:
— Врагу понадобится некоторое время, чтобы собраться с силами, но эрухини хотя бы на несколько лет получили передышку. Мы не должны допустить, чтобы Моргот собрал к следующей битве свежие войска.
— Что ты хочешь предложить? — спросил Келеборн и посмотрел старшему родичу в глаза.
Тот кивнул и широким жестом вновь предложил посмотреть на карту:
— Где падший вала берет себе новых слуг?
— Они размножаются в Ангамандо, — Галадриэль передернуло, словно одна мысль о совокупляющихся ирчах вызывала в ее душе омерзение.
