Блэквелл не выспавшийся, сидит в своём кресле, положив ноги на стол, выглядит немного странно. На официальных мероприятиях он обычно одет соответственно, но сегодня на нём походная одежда и его любимый хлыст на поясе. Левой рукой он делает пометки в своём блокноте в кожаном перелёте, а правой в это же время подписывает бумаги Совета.
Амбидекстер. Чёрт, почему я этого не заметила раньше? Это наверняка врождённое, учитывая его импульсивность, но с концентрацией внимания у него проблем нет, хотя это может быть результатом работы над собой.
На меня не смотрит. Со мной говорит бородатый качок «Зевс».
– Леди Лефрой, это ваши клинки? – кладёт он на стол мои саи из Вечной стали. Они сверкают рубинами на утреннем солнце, проникающим сквозь витражные окна зала. На лезвии ещё виднеются следы крови.
Я не знаю, что сказал им Сальтерс, но уверенна, что ничего хорошего мне ждать не стоит. Почти за любой проступок в Сакрале можно лишить конечности, жестоко избить или лишить кристалла силы, если на то есть воля Совета, покушение на жизнь Советника приравнивается к измене, а это почти всегда смерть, либо аннуляция воспоминаний и привлечение к общественному труду.
– А то вы не знаете, что мои. – сквозь зубы отвечаю я.
– Знаете, где мы нашли их?
Ну тут вариантов не много. Предоставила попытки дряблого рыжего жиробаса соскочить каким-то образом из моей ловушки, но это попросту ему не по зубам, ведь это адская боль.
– В стене?
– Почти. В Джоне Сальтерсе. Объясните?
– Моё чувство прекрасного пыталось преобразить веснушчатое сморщенное тело Барона в гобелен. Хотя его кожи хватит, чтобы перетянуть всю мебель Мордвина…
– Леди Лефрой! Вы напали на Советника!
– Уверенна, что так он и сказал.
– За это предусмотрено…
– Да Бога ради, мне плевать! Вы свои выводы сделали, что я могу против уважаемого барона…
Картер молчит и смотрит на меня с жалостью. Из всех в этой комнате мне нравится больше всех. Я вижу по его чертам лица что-то очень отеческое, немного навязчивое, но дружелюбное. Вижу в его глазах беспокойство, он пытается как-то мне помочь, но это бесполезно, учитывая остальных семь присутствующих членов Совета, настроенных против меня. Блэквелл по-прежнему сидит безмолвно и безучастно, кончики его пальцев сведены вместе, голова наклонена вперёд. Он что-то обдумывает. Картер вздыхает и заговаривает со мной снова:
– Леди, вы можете объяснить нам свои действия? Барон сказал, что вы склоняли его к измене.
– Боже, точно… у меня просто столько связей в Ксенопорее, что я встала пораньше и пошла прямиком к самому надёжному и неболтливому человеку в Совете и так просто в лоб с бухты-барахты говорю ему «Лорд Сальтерс! А давайте-ка послужим и тем и этим!».
Майкл Уоррен подхватил мой бред и начал доказывать, что так на самом деле и было. Я смотрела на Блэквелла, ведь только он здесь на самом деле для меня важен. Только его мнение. Но он не смотрел на меня.
Вокруг затеялся спор на счёт меня, но я молчала и просто смотрела на Хозяина совершенно бесстрастно. Я ждала, когда всё это закончится и всё. Его рука показала жест молчания и воцарилась тишина. Он всё так же смотрел куда-то в сторону задумчиво, а потом произнёс:
– У Леди Лефрой есть определённые таланты, необходимые Совету, с этим вряд ли можно поспорить. Значит, казнь мы использовать не можем. Аннуляция воспоминаний едва ли поможет, поскольку она и так без царя в голове, да и тратить её дар на общественный труд – кощунство.
– Тем более все задания пока Миледи исполняет успешно! – вступился «Зевс», мой защитник Лорд Картер.
– В весьма специфической манере, – добавил Блэквелл.
– Вы шутите? Нападение на Советника, призыв к государственной измене, организация последующего покушения на Герцога – это повод сразу для трёх смертных казней!
Я тихо смеюсь, а Совет снова спорит, поднимая невероятный шум. Блэквелл молчит и наконец, смотрит на меня с такой невероятной злостью, что я сразу понимаю: смертная казнь – ерунда по сравнению с его гневом. Он сканирует меня буквально пару секунд, а потом отводит взгляд и снова заставляет всех замолчать взмахом руки.
– Что у нас там в Марселе?
– Отличная идея, Лорд Блэквелл! – подхватил Картер, – Совет даёт вам следующее задание, Леди: довольно простое, но ответственное. С ним может справиться только человек, знающий особенности Ординариса. Глава Совета заверил нас, что вы такими знаниями обладаете.
– Да что вы говорите? – ёрничаю я, чуя неладное, – Суть?
– Суть… надо следить за безопасностью верного нам политика. Он не маг, простой смертный.
– Срок?
– До последующих распоряжений, – пауза. Свет замерцал, электричество отовсюду заискрило от моей обиды.
Да, я была не слишком дальновидна, нападая на Сальтерса, но ничего плохого я не сделала: он – предатель, не я! Я не заслужила казни, я лишь была верна своим убеждениям, своему Хозяину, который игнорирует моё существования после того, как я так же весьма недальновидно спровоцировала его желание и… остоновила. И скрыла от него то, что он ищет долгие годы. Преданна своему Хозяину? Ну-ну… врунья.
