— Я и мой отряд скорее всего, — она набрала в лёгкие воздуха и продолжила, — Я оставила за главного Бальтазара, а ему в помощь Алакена Уордроу. Их убили.
Зависла гнетущая пауза, и Алиса отвернулась, глядя в даль.
— Мне очень жаль. Я не знал Уордроу, но Бальтазар был уникальным человеком.
— Угу… — промычала Алиса, потому что слова ей давались трудно в эти секунды.
— Алиса… — позвал он, — Ты не закончила.
— Да… — она снова вздохнула, — Расул сдал отчёты после моего отъезда и больше его никто не видел. Через пару дней его нашёл Артемис в горах за девять миль от Форта. Тагри был близок к смерти из-за удара молнией, но Артемис его вытащил. Он жив, хотя не вполне здоров.
— Это очень… не вяжется, — нахмурился Блэквелл, — Слишком много вопросов. — он замолк, а Алиса подняла брови в порыве любопытства, и он это заметил, — Тагри знал наверняка о нападении и побежал в горы в сторону дома, значит… его шантажировали семьёй. Все знают, что у него сносит крышу, когда кто-то задевает тему его жены и сыновей.
— И в чём вопрос?
— Слил он Форт Браска или нет? Точнее иначе: намеренно или непроизвольно?
— И что даст ответ? Это в любом случае предательство.
— Как всё запущенно… — прошептал он, а девушка захлопала глазами, — Предательство предательству рознь. Если Тагри совершил государственную измену ради денег или из-за трусости, то я казню его, а его семья будет в изгнании, если всё из-за боязни за семью, то просто отстраню от дел, а на его семье это никак не отразится.
— Думала горцы презирают изменников.
— Верно, но в последнем случае не обязательно оглашать вину Тагри. Микаэль и Тонис Тагри — способные парни, их место в Форте Браска, будет жаль убирать их из игры, — он замолчал, — Алиса, подумай ещё раз: откуда там было взяться молниям.
— Я правда не знаю. В любом случае… Расул пошёл на поправку. Я надеялась завтра поехать к нему и помочь, ведь Фортом нельзя заниматься на расстоянии, за неделю я была там один раз всего на минуту.
— Дальше я сам, — с облегчением выдохнул Блэквелл, — Я распоряжусь, чтобы Расулу помогли, теперь это не твоя забота, ты возвращаешься домой. Послезавтра будь на балу.
— А можно без бала? Я не фанат, вы ведь знаете.
— Можно подумать, я эту показуху люблю, но это наш долг, Алиса, — его глаза сверлили девушку в ожидании подчинения, и она лишь наклонила голову чуть вбок в знак согласия. Позже она нахмурилась, вспоминая какую-то деталь:
— Это ежегодный маскарад Блэквеллов?
— Дьявол! Ещё же эти долбанные переодевания! — его явно не прельщала идея о масках и костюмах, но он в миг сменил негодование наставлением, — Придёшь, как и все, будешь танцевать, если сможешь, и улыбаться, как это положено, всё ясно?
— Так точно… — вяло ответила она, — Много слышала про этот праздник, может хоть он мне понравится.
— О! — интригующе произнёс Хозяин, — Отец придумал этот маскарад, чтобы отпраздновать день, когда я стал Хранителем. Но, чёрт возьми, теперь я сомневаюсь, что причина праздника именно в этом!
— Почему?
— Не уверен, что ты готова сегодня ещё что-то узнать, искорка.
— Давно тебя не было, — заметило отражение, — Жизнь бьёт ключом?
— Можно и так сказать. Я искала тебя…
Отражение стояло задумчиво глядя на золочёную резную раму, скрестив руки на груди.
— Я всегда с тобой.
— Почему я не могла найти путь в эту комнату?
— Потому что я была слаба, — отражение защёлкало пальцами точно так же, как щёлкала Алиса, когда решала какую-то задачу, — Твои кристаллы мне не нравятся. Мне больно от них.
— Прости, иначе никак, — Алиса хищно наблюдала за той частью себя, которая была за зеркалом.
— Ты что читаешь меня?
— Ты нервничаешь.
— А ты нет?
— Не так, как ты!
— Я не хочу умирать! — гневно крикнуло отражение, — Не хочу, слышишь!? Мне нравится наша жизнь, мне нравится быть сильной, нравится… быть!
Грудной смех Алисы ещё больше разгневал отражение, и оно начало бить по преграде между ними, но это было жалким усилием.
— У меня никогда не было морской болезни, — вдруг заговорила Алиса, — Я люблю море, люблю огонь, люблю горы, пустыню, лес, люблю ветер, холод, жару… я люблю всё, что сотворила природа, — она наморщила нос, — За очень редким исключением! Но, когда я плыла на Убуд, то ненавидела всё на свете и не потому, что меня сослали туда, а потому, что ты ненавидишь этот остров, — она выждала паузу, чтобы увидеть реакцию отражения и не разочаровалась: Альтер-Алиса замерла, словно хищник, которого провоцируют, — Тебя убивали на этом острове десятки раз, верно?
Сон стал вдруг действительно ужасающим, Алиса отскочила подальше в миг, когда по ту сторону отражение ринулось на преграду с неимоверной силой, которая столкнулась стеклом между ними и словно волна отхлынула назад.
