— Это сделка с магией, Квин! — Алиса не уступала, — Ты можешь презирать людской род, но уважать магию обязана!
— Я тебя умоляю! — рассмеялась она, — Ты же не думаешь, что лишишься магии? Мы и есть магия!
— Я вижу в тебе людское тщеславие. Это я на тебя так действую? Неужели я так же непомерно амбициозна и заносчива?
— Здорово, да?
— Нет. Видеть себя со стороны — мерзко!
Квин изящно села на табурет и оперлась на руки, поставленные на сидение за спиной. Она хитро смотрела на Алису и чуть улыбалась:
— С Саламандрой тебе пришлось нелегко! Ему повезло, ведь убить его в такой момент элементарно!
— Издеваешься? Да его силе нет границ!
— Когда бодрствует, то да. Я не раз видела Архимагов, — её глаза озарились сценами прошлого, — Из всех Элементалей четырёх стихий, Саламандры самые… мощные в бою, опаснейшие противники, самые пылкие любовники, но их легче всего ранить. Когда спят, например! На самом деле это не проблема, ведь огонь редко горит ровно! Их легко раздразнить, вывести из себя, понимаешь? С водой всё иначе, они вообще невозмутимы и так медлительны! На прямой бой они не идут, действуют со стороны, усыпляют бдительность! Сильфа и Ундина убить очень сложно, они жутко живучие, но зато в бою — пф! — так себе… а вот пытаться победить Винсента Блэквелла в честном бою невозможно, это я тебе на будущее!
— Он всегда на чеку.
— Нет пока. Не всегда.
— Он конечно вспыльчив, — вступилась Алиса, — Но дальновиден и у него холодный рассудок.
— Как ты видела в пророчестве, он не очень-то чистая Саламандра, если ты понимаешь о чём я. Но пока что он больше огонь, чем универсальный маг, поэтому… — Квин не стала продолжать тему и лишь улыбнулась, — Ты его чувствуешь, но это вовсе не рабство.
— Это всего на всего огонь, Квин. Огонь не ранит меня, а я его. Разве ли не это баланс?
— Я наблюдала за тем, как ты оберегала его. Это за пределами Лимбо, за пределами любви к магии. Алиса, ты дала ему частичку нас той меткой. Ты раздаёшь себя направо и на лево: десять частей силы Вуарно, часть души и меня Блэквеллу. Так от тебя ничего не останется!
— Звучит как рецепт, Квин! — улыбнулась Алиса, — То, что я отдала Блэквеллу — моё личное дело.
— Твоё право! Только будь осторожна, Алиса. Я открываю спор, что сильнее: инстинкт самосохранения или твоя «настоящая любовь»? — хищно сказала Квин.
— Квин… — неуверенно позвала Алиса, — Что ты делаешь с людьми? Эти байки про изгнанного из рая Ангела, сатанинское отродье… вся это чертовщина — это правда?
— Ох, Алиса… — нежно улыбнулось отражение, — Не делай из меня врага. Говорю же: мы с тобой — идеальное сочетание, я лишь даю тебе сил смотреть на шаг вперёд, но ты поднимаешь ногу, ты делаешь этот шаг.
— Я? Про Несущего свет всё-таки врут?
— Почему же? Люцифер переводится как…
— …«Несущий свет», знаю.
— Тот персонаж, которого ты имеешь ввиду, пошёл своей дорогой, а свет был с ним всегда, — многозначительно сказала Квин, — Представь себе: ты идёшь в темноте с факелом в руках, который освещает твой путь. Кто держит факел?
— Я.
— Куда он светит?
— Туда, куда я иду.
— В каком направлении?
Алиса задумалась:
— Факел… равномерно освещает все стороны.
— То есть что есть движущая сила?
— Я. — хрипло заключила Алиса и её взгляд померк.
— О чём и речь. Люди путают «несущего свет» с «идущим на свет». Ты, Алиса, несёшь, а за тобой идут, — Квин снисходительно улыбнулась, — На поле боя твой свет погас, ты на секунду замешкалась, потеряла себя, но позвала, и я дала тебе силы, осветила то направление, которое ты уже выбрала. В ответ на твой вопрос о кристаллах, которые ты заряжаешь для Надзирателя границ Ординариса: ты одалживаешь ему свет, чтобы он его нёс. Этот свет может очень многое сделать, но куда понесёт его Алекс Вуарно…
— Он сказал, что кристаллы нужны ему для защиты от Некроманта.
— Они могут защитить его от Некроманта, но для этого ли он их использует… — Квин многозначительно посмотрела на Алису, — Задумайся.
— А с их помощью можно ударить человека молнией? — уточнила Алиса, а её отражение кивнуло, — То есть… вот же ж сукин сын! Все ведь снова подумали на меня!
— Ты сделала вывод, а я лишь сказала, что с их помощью можно это сделать, но сделал ли он это?
— Ты можешь выражаться яснее?
— Нет. Но я ещё раз скажу тебе: я прожила множество жизней и поэтому так отношусь к людям: они несут мой свет по неправильному пути. И знаешь… наш Артемис правильно тогда спросил: куда ведёт твой путь, Алиса? — сказала она и удалилась в мрак, глядя исподлобья, — Ведь этого даже я не знаю.
Последние слова прозвучали сокрушительным эхом в голове спящей Алисы и по сумеречной комнате без стен и границ, где было лишь зеркало в золочёной раме и чернота.
После разговора с Квин я проснулась в холодном поту и не могла уснуть. Моя стихийная покровительница сильно нервничала из-за того видения, которое показал Хозяин, ну а я почему-то была… спокойна, только дышать было сложно, пыталась вздохнуть полной грудью, но лёгкие казались крохотными.
