Они пришпорили лошадей и пошли по следам. 5 мужчин подъехали в тот момент, когда Алиса дралась с семнадцатью мародёрами, которые наваливались на неё группами, рядом ждали ещё по меньшей мере пятнадцать человек, а на подмогу им ехала большая группа охотников на адских гончих. Девушка бесстрашно сражалась, снова и снова проливая чужую кровь, один за другим падали трупы. Отряд «Омега» вступил в бой в полном составе, пробираясь к своему командиру, пытаясь вывести её из гущи событий, но враги не пускали их. Предводитель вражеских всадников на громадном псе целился из арбалета, заряженного вечной сталью, в Алису, и Риордан уже летел на помощь, но опоздал на долю секунды. Он вступил в схватку с всадником, но арбалет уже выстрелил, и Артемис будто в замедленном движении видел, как снаряд летит к Алисе и вонзается ей в бедро. Любой мужчина на её месте, сжал бы зубы, из которых бы всё равно был слышен крик или хотя бы стон, но Алиса подняла глаза к небу и смотрела спокойно, а когда кровь хлынула из бедренной артерии, то смиренно улыбнулась и начала пускать из себя ток, большими сгустками. Риордан услышал чёткий, но тихий приказ девушки:
— Покинуть место сражения. Немедленно в укрытие!
Риордан колебался, но залез на лошадь, взял под уздцы Крема и понёсся галопом в укрытие, как и было велено. Небо сотрясли раскаты грома, прозвучал взрыв, отдающий мощной волной. Всё вокруг превратилось в пепел буквально за секунды, а она сидела в центре событий, громко истерично смеясь. Зрелище было дикое и неприятное, Алиса словно сошла с ума, сидя в луже своей крови. Её била истерика, смех был нездоровый и зловещий.
— Али… — решился обратится к ней Дрейк, который подходил к ней медленно, словно к дикому животному.
Она подняла на него безумные глаза и закричала:
— Не смей приближаться!
Она свистнула своему жеребцу, который, цокая копытами, подбежали к ней, склонил колени, чтобы она вскарабкалась на него.
— Тебе нельзя верхом! — возразил Артемис, но Алиса его не слушала. Она залезла на Крема, вытащила из бедра сломанную стрелу и поехала.
Изабелловая масть Ксефорнийца играла на солнце и контрастировала с кровью, текущей по кремовой шерсти жеребца. Они ехали до лагеря молча, а, когда добрались до места, Алиса упала с лошади от потери крови. Стрела из вечной стали сломалась, оставляя осколок в бедре, а вытащить его не представлялось возможным из-за тока, который проходил по телу девушки.
— Ай, блядь! — вновь выругался Дрейк, пытаясь залезть в рану Алисы, когда они ехали в Мордвин.
Разряд тока сильно ударил мужчину, рука не слушалась. Он вышел из повозки, реквизированной в городе, который они проезжали первым. Прошло 5 часов стремительного пути и оставалось ещё столько же до Цитадели. Дрейк подъехал к Риордану и заговорил:
— Долго будем смиренно молчать?
— Хочешь донести на Алису?
— Блэквелл единственный, кто может её усмирить.
— И что он сделает? Снова запрёт или что? Мы же знаем, что с ней: она много на себя взвалила, — сказал Артемис и отвернулся, но Дрейк настаивал:
— Артемис, ты ведь слышал её приказ! Она знала, что всё превратиться в пепел.
— Но ей-то это не страшно. От взрыва ни царапины.
— Ты идиот или прикидываешься!? Она ведь не знала наверняка. Она пыталась себя убить, и заодно спалить целый городок!
Артемис явно понимал это, но молчал и тревожно смотрел в огонь.
— В рапорте будет фигурировать только то, что она подавила восстание, что собственно так и есть.
— Как всегда. Она напишет, что отряд сделал всё на отлично и без потерь, на деле же она в миллионный раз кинулась на амбразуру, прикрывая всех, только в этот раз она искала смерти буквально.
— Но она ведь от этого не умрёт! — с надеждой сказал Артемис до конца, не зная так ли это, — Так ведь?
— Не умрёт! — прозвучал голос из-за спин мужчин.
Они обернулись и увидели Герцога, ехавшего по их пятам, словно тень:
— Этому трюку я учил Люцифера несколько месяцев: он буквально крадётся на цыпочках! Говорите, рапорты приукрашены?
Подчинённые Алисы вздохнули и замолчали. Они ехали безмолвно, ведя рядом коня Алисы, запачканного её кровью. Блэквелл увидел коня без всадницы ещё издали и уже тогда испугался, а заметив на нём кровь, потерял голову, едва восстанавливая контроль над магией.
Его вечерняя прогулка по Мордвину на Люцифере внезапно переросла в жуткое беспокойство, и он пришпорил коня, несясь, сломя голову, на зов сердца. Винсент поравнялся с каретой, и прыгнул в неё. Алиса лежала в бреду и зажимала себе кровоточащую артерию. Блэквелл отодвинул её руку и сам зажал источник крови. Девушка заговорила в бреду:
— Сукин ты сын, Дрейк, убери от меня руки, иначе я, клянусь, убью всех вас! — в подтверждение своим угрозам она заискрила током по всему телу.
В карету забрался Дрейк и с горечью посмотрел на Алису:
— Что я ей сделал? — задал риторический вопрос он.
— Вы в Мордвин меня везёте? — спросила девушка слабым голосом, — Сколько осталось?
— Часов пять, — отвечает он ей.
— Посадите меня на лошадь как будем подъезжать, иначе Хозяин опять будет злиться!
