И тогда она без слов встала, поправила платье и ушла, а он сидел возбужденный и хотел во всём мире только одну женщину: Её. Он пытался отвести глаза, но не мог: Алиса танцевала с парнем, который прижался к ней сзади и тёрся о её тело, изучал руками. Она улыбалась и двигала бёдрами в танце. Их пляска была очень откровенной и напоминала не столько танец в классическом представлении, сколько прелюдию перед сексом. Девушка подняла серьёзные глаза на своего мужа и встретилась с ним взглядом. Занавеска задымилась от всплеска неконтролируемой магии, что выстрелила из Блэквелла. Он спрятал лицо в ладонях и начал глубоко дышать, справляясь с эмоциями. Пальцы, которые ласкали её плоть, пахли так, что в паху ныло от возбуждения. Он посмотрел на сцену, Алисы уже не было, как и её нового знакомого. Ему хотелось кричать и биться головой об стену, лишь бы отвлечься от боли и ревности, и тут Алиса появилась рядом, держа за руку незнакомца:
— Знакомься, — говорила она по-английски своему спутнику, — Это Винсент. Он — мой сутенёр и сегодня ты можешь трахнуть меня бесплатно, но только у него на глазах. — сказала она весело, а её спутник посмотрел на «сутенера» испуганно. Винсент был под два метра ростом и даже сидя на низком диване выглядел угрожающе.
— Бесплатно? — переспросил незнакомец и чуть с запозданием улыбнулся, — Презервативы есть?
Блэквелл сжал и кулаки добела:
— Я пошёл, — и встал, — Развлекайтесь.
Он хотел было сдвинуться с места, но врос в землю, когда незнакомец начал трогать грудь его жены, а Алиса спокойно смотрела на мужа. Винсент не мог отвести глаза, не мог больше сдерживать гнев, он лишь сорвался с места и убрал руку неизвестного хама от девушки, с силой развернул и пнул под зад с силой. Тот отлетел и упал, испуганно отползая подальше.
Алиса сидела на диване и смотрела на происходящее спокойно:
— Чего и требовалось доказать, — сказала она.
— ДОКАЗАТЬ!? — вспылил он, — Какого дьявола ты мне ещё тут что-то доказываешь?
— Ты привык всё контролировать и тебе нравится обладать мною безраздельно. Вряд ли ты в ближайшие пару лет будешь мною делиться, даже если сам ко мне не притронешься. Ведь так?
Блэквелл громко вскрикнул и ударил рукой столик со всей силы, который рассыпался в щепки.
— Не психуй, — она взяла его за руку и посадила на диван рядом с собой, — Винсент, успокойся, пожалуйста, и послушай: я не буду этого делать. Я, к своему удивлению, понимаю, зачем ты это всё затеял, но давай не будем так делать? Я не буду заниматься сексом без чувства, я так не могу.
В этот миг он посмотрел на неё как-то странно:
— Я не хочу, чтобы ты трахалась с Риорданом.
— И как твоя логика тебя так далеко завела? — она громко засмеялась и прикоснулась лбом к плечу мужа, — Винсент, давай уйдём? Мне здесь не нравится, я не хочу здесь быть…
Он улыбнулся:
— Домой?
— Нет, у меня свободная ночь, мы в Ординарисе… давай на коньках покатаемся? — предложила она и получила в ответ одобрительную улыбку.
— Давай. Не знаю где здесь каток, но… можно у официанта спросить.
Эта авантюра вернула Винсента к жизни, он в миг ощутил прилив сил и счастья, глядя на Алису. Через двадцать минут они стояли посреди крытого катка в свете софит, которые зажёг Блэквелл один за другим. На Алисе уже был тёплая уютная одежда и шапка с помпоном, она сотворила шарф и завязала его на шее у своего мужа со словами:
— Ну что, поехали?
Они катались наперегонки, дурачась и громко смеясь. Оба уверенно стояли на коньках, катаясь в удовольствие, пока не упали вместе, распластавшись на льду. Алиса легла сверху и посмотрела на него:
— Я рядом. Чего ты боишься? Ближе ведь некуда… — она погладила его волосы, — Ты сам привязал меня к себе, а теперь гонишь, даже не давая попробовать.
— Что попробовать?
— Быть твоей.
— Ты и так моя.
— Ты охладел ко мне.
Эта её фраза прозвучала так нелепо для Блэквелла, что он тут сказал:
— Ничего глупее не слышал!
— Ты ищешь мне любовника. Ты меньше часа назад почти что подложил меня под пьяного мужчину.
— Я тебе объяснил! Всё будет так: в момент, когда я снова возьму тебя, я уже не смогу отдать тебя другому мужчине. Ты станешь моей женой во всех смыслах, но нам ведь это не надо, так? Страсть уйдёт, мы будем ссориться, заведём связи на стороне и взорвём государство изнутри в семейных склоках. А цель другая: укрепить наше взаимопонимание, быть друг другу опорой… лучше я сейчас буду гореть от ревности, чем потом, когда буду иметь на это право.
— Ты наверно прав, но я так не могу, — грустно сказала она и положила голову ему на грудь, — Винсент, ты волнуешься или злишься?
— А что? — улыбнулся он, уходя от ответа.
— Мы лежим в воде… ты пылаешь. Снова.
— А… это видимо тестостерон зашкаливает! — рассмеялся он, а потом прибавил, — Ты удивительная девушка, Алиса, я давно таких не встречал… я вообще таких никогда не встречал, если честно. Ты используешь свой выходной, который предназначен, чтобы отдохнуть от меня, на… меня! Это может значить одно из двух: ты идиотка или я тебе нравлюсь.
— Ты мне нравишься! — снова весело сказала она, а Винсент замер.
— Правда?
