Теперь Риордан хотел забрать у него его любимую, как и отвратительный ублюдок Саммерс, эти два подонка покушались на самое дорогое, что было в жизни Блэквелла. В настоящее время ещё и Гринден собирался женить на нём свою дочь, которая была для него пустышкой.
Блэквелл понимал Алису, которая сражалась с рабским гнётом. Ему тоже хотелось просто взять и свернуть шею всем, кто ограничивают его свободу, а ведь сейчас он чувствовал себя забитым в угол, рабом этой бесконечной войны. И как же он хотел спрятаться в длинных белокурых волосах своей маленькой своенравной рабыни, так же лечь к ней на колени, как перед битвой на Востоке, чтобы она гладила и массировала его виски, и тихо что-то говорила спокойным чарующим голосом.
Вместо этого его сердце заболело так, как не болело никогда. В груди свело, и воздуха словно не стало. Руки тряслись от потока энергии, то была реакция магии на боль.
Глава 4
В Мордвине в последние дни беспросветная скука, солнце печёт, все в состоянии полусна лениво двигаются по замку в поисках прохлады, лишь немногие выходят в поисках витамина Д под солнце. Я в такие моменты не понимаю, как женщины круглый год здесь ходят в длинных платьях. У меня уже несколько дней держится жар, чередующийся с ознобом, так что мне такая закрытая одежда противопоказанна. Я сотворила себе розовое платье из тонкого насборенного хлопка с аккуратными рюшами, застёгивающееся на маленькие пуговицы, оно конечно тоже длинное, но я дополнила его разрезами от середины бедра, чтобы уж совсем с ума от жары не сходить.
Мне не хватает Квин. Я бы спросила у неё что произошло за все дни моего сумасшествия, но не могу, потому что Лорд Блэквелл с высоты своей власти запретил мне общаться с единственным существом, который целиком и полностью меня понимает и никогда не бросает.
Он хочет, чтобы я изучала магию, поэтому надо погрузиться в чтение.
Книга, кстати говоря, очень интересная. Мне привёз её Винсент с какой-то древней магической библиотеки, чтобы хоть чем-то меня занять. В ней говорится о скрижалях силы, что, чёрт побери, совершено очевидно, учитывая название «Скрижали силы». Так вот эти скрижали – ничто иное, как надгробные плиты Архимагов древности, которые оставляли свою мудрость для потомков таким образом, но, конечно же, довольно искусно прятали. Однако талантливые маги по разную сторону магии всё-таки умудрялись найти эти кладези мудрости.
Наткнулась глазами на предупреждение магам:
Моя рука непроизвольно легла на низ живота.
Забудь, Алиса. Максимум, на что можно рассчитывать, это редкие прогулки с маленьким Герцогом или Герцогиней от странной противоестественной связи Матильды и Элайджи. Есть ещё вероятность, что Артемис рано или поздно решит обзавестись детьми, но, судя по тому, как он мечется от одной юбки к другой, я скорее сдохну и рожусь заново, нежели Арти наплодит маленьких Риодранов. Жаль… я бы их искренне полюбила, ведь в них была бы часть моего лучшего друга.
Лорд Айвори прибыл с Юга и привёз мне кучу подарков, среди которых наконец-то хоть что-то нашлось мне по душе: это музыкальная шкатулка, но не совсем обычная. Во-первых, она была в старой коробке с гербом Блэквеллов. Это сразу приковало моё внимание, я хотела надеяться, что эта вещь… от Винсента, или хотя бы когда-то ему принадлежала. Открыв крышку, я замерла от восхищения: передо мной была маленькая и очень старая копия Мордвина размером с футбольный мяч, играющая грустную мелодию, от которой у меня мурашки. Эта мелодия для меня стала наваждением, я постоянно о ней думаю, если она не играет рядом. Замок будто оживает, когда механизм воспроизводит музыку, четыре стихии кружатся каждая по своей орбите вокруг маленького Мордвина. Я не могу на него насмотреться.
Лорд Блэквелл в тот вечер, когда они приехали с Мэтом, был очень уставшим. На ужине он быстро поел и удалился, только впихнул мне книгу перед этим, а на следующее утро вообще уехал, перед этим проронив фразу:
– Не смотри так на меня.
– Эээ…. Как?
– Вот так, – его палец устремился мне в лицо, будто от этого я прямо своё отражение увижу, – Коронный взгляд «ты можешь доверять мне, но я всё равно я нанесу тебе удар в спину, если ты расслабишься».
Вообще-то я смотрела на него не так. Просто скучала по нему и так хотела его видеть…
– Милорд, с вашего позволения замечу, что у вас паранойя, – сказала я уже холодно и присела в поклоне, чтобы смягчить его гнев.
