Поутру боженька преподносит нам подарок: чистое, без единого облачка, бездонное небо, легкий туманец над рекой, аромат увядающей листвы — все, пора и в путь! Пока собираю на берегу старую байдару, Стас приволакивает весь багаж, сортирует его, дабы компактно растолкать в нашем «Таймене». Мы уже на воде, Соболь занял свое место впередсмотрящего, Стас посередке, я же на своем командирском, на корме. Аванте!!! В унисон взмахнув веслами, выруливаем против течения на «рельеф», и начинается «ишачка». График прост до не могу: два часа пахоты, десять минут отдыха — и так весь день, окромя получасового обеда. Часа в четыре вновь вляпываемся в дождину, берега с ходу подернулись серой кисеей хлещущей с небушка воды, под задницами захлюпало, мокрые рабочие перчатки елозят по веслам, а тут еще и встречный ветер в морду.
Река кипит огромными пузырями, нос лайбы мотает из стороны в сторону порывами ветра, только и успевай работать рулем, а до избушки на Осмокуре ой как далеко. Тупо, с надсадой ворочая веслами, судорожно шарахаясь от возникающих внезапно перед носом баланов, молча и остервенело премся вперед. Наконец Стас взвыл: «У меня уже руки не сгинаются!» Все, значит, приехали… Чалимся, перетаскиваем необходимое барахло под разлапистую пихту, ищем «сухару»52, рубим лапник, натягиваем тент, сушимся у плюющего угольками костра, наконец-то разливаем баланду по мискам, и самое-то время накатить по сто пятьдесят! Вот чтой-то Стас подозрительно долго колупается в рюкзаке, а потом как-то потерянно, чуть ли не шепотком, выдавливает из себя, что литровая канистрочка со спиртягой осталась стоять на окошке покинутой поутру избушки. Трах-перетрах!!! Две недели сухого закона, да где это видано? Бедный Комарик! Тучи с громами обрушились на его бедную башку! Даже чай на смородине не лезет в глотку! Угрюмые и злые, заползаем в спальники, с презрением повернувшись друг к дружке задницами… А на следующий день, как под копирку, история повторяется, вот только гребем молча, до упора и в полной темноте доползаем до вожделенной избушки. А там! Сухие дровишки, две охапки душистого сена, раскочегаренная печка, вот только прекрасный вечер вновь подпортил я своим вопросом: «А может, по чуть-чуть?» Комарик с ходу набычился, да тут я обнял его за плечи и шепнул на ухо: «Ну и хрен с ним, здоровее будем!» Приняв сей постулат за аксиому, чудненько, при хорошей погоде провели в любимой тайге десяток дней. Ягоды в этот год было море, и обе пайвы наполнились непосильным трудом достаточно быстро.
И только, плывя обратно, повернули к старице, что подле Устья-Меж, как, словно разбойник с кистенем, давненько поджидавший нас за углом, хлестанул проливной дождь. Река враз покрылась крупной рябью и запузырилась, сразу же исчезли все топляки, баланы и прочая гадость. Но так как скорость по течению возросла вдвое, за водой глаз да глаз нужен был. А до Осмокура места-то самые сложные, крутые берега, оползни, прижимчики и сплошные «зигзуги». Вот на одном из них мы и вляпались с разгону на кол! Резкий удар, треск раздираемой обшивки, мгновенный маневр к берегу и геройское потопление под нависшими над водой кустами. Осклизлая няша, размываемая катящимися с высоты ручейками, в которую полетели наши пожитки, прилипуче лапает наши сапоги, заставляя исполнять залихватские акробатические этюды при переворачивании посудины вверх дном. Наконец вбиты в берег колья, натянут над рабочим местом тент — пора приступать к ремонту. Ацетоном с двух сторон просушиваем оболочку, главное, чтоб вода, хлещущая сверху, не попала на ткань, двумя иглами штопаем крест-накрест метровую дырищу и на 88НП клей накладываем пару резиновых заплат. А уж поверх них — нашлепки из камазовского тента. Чумазые и мокрые, шлепаемся в байдарку — и снова в путь. Самое же паскудное в этой истории то, что, только добрались до людей, наступила надолго расчудесная погода! Вот так и отдохнули!!!
P.S. Время от времени, встречаясь с Комариком на работе, в соответствии со своим мерзкопакостным характером, иезуитски ухмыляясь, предлагаю вновь прокатиться по «рельефу». То, что получаю в ответ, даже по нашим либеральным временам не решится напечатать ни одно раскрепощенное издательство!
Талант он и есть талант. Его не пропьешь и не потеряешь. Начинаешь понимать это, когда по жизни судьба сводит с неординарными и одаренными свыше личностями. Иногда проявляется талант в самых неожиданных ситуациях, совершенно спонтанно, но чаще всего это производное от целенаправленной и творческой составляющей в какой-либо сфере человеческой деятельности. Так и на воде…
