И как только я произнес это “Уф!”, то оказался, словно в исхождении из самого себя во время сна, напротив святой Голгофы, где был распят Господь между двумя разбойниками. Я хотел приблизиться и простереться ниц перед Ним, а Он, увидев это, громким голосом повелел стоящим рядом с Ним Ангелам: “Извергните его вон, потому что он антихрист для меня, ибо осудил брата своего еще до Моего Суда”. Когда я был изгнан и оказался за дверью, то плащ мой, зацепившись, застрял в двери, которая была закрыта. Я оставил его там и тут же очнулся. Пришедшему же ко мне [брату] я сказал: “Это дурной день для меня”. А он спросил: “Почему, отец?” Тогда я рассказал ему о том, что видел, и сказал: “Поверь, плащ мой – покров Божий надо мною, а я его лишился”.
С того дня, как бы воздавая славу Господу, я провел семь лет в скитании по пустыням, не вкушая хлеба, не имея крова над головой и не встречаясь [ни с одним] человеком до тех пор, пока я [вновь] не увидел Господа, позволившего вернуть мне плащ мой».
Мы же, услышав это о чудном Иоанне, можем только сказать:
Чудным отпрыском нашей пустыни стал Орент418, об удивительных деяниях которого рассказывают святой отец наш игумен и некоторые другие отцы.
Как говорит [игумен], этот [муж], чтобы возжечь в себе светильник Святого Духа, тушил пламень зримого огня, постоянно беря своими руками раскаленные угли и разжигая ими кадило. В один из дней, когда некие чужестранцы пришли навестить его, старец решил, приветствуя их, покадить благовониями перед ними. Но вследствие действия ненавистника добра только он прикоснулся к огню рукой своей, как тот сжег средний палец, растерзав и нерв его. С тех пор, если ему приходилось когда-нибудь писать письмо, то он подписывал его [словами] «Орент с сожженной рукой».
Впрочем, благодать Божия не отошла от старца, и Господь сотворил через него многие знамения. Однажды на Святую Гору пришла некая жена патрикия419, имевшая при себе страждущую [беснованием] дочь; узнав про старца, она пожелала поклониться ему. Святой не принял ее420, но, взяв одну виноградную гроздь, послал ей. Бес, [сидящий] в девушке, увидев эту гроздь, стал кричать: «Зачем ты пришел сюда, авва Орент?» И приведя в сотрясение девушку, покинул ее421.
Авва Авраамий, протопресвитер422, рассказывал нам следующее: «Когда авва Орент умирал, то я, авва Сергий, епископ Айлы, и некоторые другие сидели рядом с ним. Видя явление Ангелов, старец сказал епископу: “Сотвори молитву, отец”. Сотворив молитву, мы снова сели, а старец еще раз сказал епископу: “Сотвори молитву”. После свершения ее старец опять обратился к епископу: “Видишь, великий господин423, сколь много воронья слетелось сюда, но по благодати Христовой я не обратил внимания на них, и ни один из них не приблизился ко мне”. Сказав это, старец в мире и радости отошел ко Господу».
Когда умирал авва Стефан Византиец, бывший хартуларий424 стратига Мавриана, то присутствовали я и Феодосий Африканец, ставший [впоследствии] епископом в Вавилоне. При чтении псалма
Другом этого блаженного мужа – и в миру, и в [подвижническом] образе [жития] – был мой авва Епифаний Затворник, два года назад отошедший ко Господу426. О его твердости и терпении как в подвижничестве, так и в [преодолении человеческой] немощи можно было бы многое рассказать. Он проявил такую степень [преуспеяния], что казалось, будто в нем нет ничего, кроме духа и костей.
В начале его затворничества пред ним предстал Ангел Господень и сказал ему: «Если ты будешь с терпением служить Христу, то удостоишься дара Святого Духа». По благодати Божией это и произошло. Он воспринял великое богатство и свет сияния Святого Духа; благодаря Божественному Свету видел бесовских духов мрака, часто входящих в келлию его, иногда играющих им, а иногда бьющих его для испытания. Он же, как бы вооруженный силой Христовой, часто откровенно смеялся над ними и презирал как бессильных.
