— Да я и не шучу, — Гобла тоже нахмурился. — Видение у меня было — я вам нужен. Вот и все. Думал, тихонько проберусь, отсижусь, покуда вы не придете. Но эти черти морские глазастыми оказались, срисовали меня, спеленали, да в трюм. Я и пикнуть не успел. Хотел было поговорить с ними, объяснить, что я, мол, с вами, но куда там. Этот шкет мелкий только шарахался от меня, словно я его сожрать хочу. Еще у меня пару попыток было достучаться, когда они трюм загружали. Но то ли языка никто из тех мужиков не понимал, то ли попросту слушать меня не захотели. Тумаков ток надавали, чтобы не шумел, на том и управились.
— Да, свезло, что нашего Ворна в трюм занесло, — сочувствовал Гриня другу.
— Угу, — кивнул тот. — Действительно свезло. Такого раба как я ни один хозяин бы не вынес.
Мужчины рассмеялись.
— Гобла, — подал голос Ворн. — Что ты видел в видениях своих? Мы умрем?
В каюте повисла тишина.
— Битва грядет, — с тяжелым вздохом ответил Гобла. — Большая такая и кровавая. Николот пылает. Корабли в бухте. Люди мертвые лежат, кровь реками течет. Но тебя, малыш, все это может не коснуться. У тебя два пути. И ты должен сделать свой выбор.
— Выбор? — угрюмо спросил Ворн. — А разве он у меня есть, этот выбор? Или будет хоть когда-нибудь? Не смеши, Гобла. Я птица подневольная. Куда укажут, туда и лечу. Или ты думаешь, что если я выживу в этом путешествии, то после меня отпустят из учебки на все четыре стороны? Мол, мы тут сами войну повоюем, а ты, Ворн, беги домой, к мамке с папкой, так? Или ты думаешь, что я свалю где-нибудь тут, по пути?
— Нет, малой, я не об этом совсем, — в успокоительном жесте поднял Гобла руки. — Остынь, пацан. Знаю я, что ты не трус и не предатель. Дело-то не в этом.
— А в чем тогда? — сопел Ворн, напыженный как воробей после дождя. — Что я должен решать? И почему я снова чего-то кому-то должен? Вы знаете, как меня это все достало?
— Нечего тут решать, — Кирилл налил себе в кружку компот и отпил пару глотков. — Если мы выиграем эту войну, то ты с лихвой покроешь свои долги перед Империей, и если захочешь, то можешь хоть к папке с мамкой уйти. А если проиграем, то… Сам понимаешь.
— Война все спишет, — резонно подметил Борг.
— Именно, — согласился Кирилл. — Но парень ты у нас интересный и, как ты понимаешь, из-под колпака тебя все едино не выпустят. Это я тебе сейчас как друг говорю.
— Понимаю, — грустно вздохнул подросток. — Всем от меня что-то надо. И когда это закончится? Когда я смогу жить так, как хочу Я?
— Хороший вопрос… А как хочешь ты? Чего ты вообще хочешь?
— Не знаю, — еще больше поник Ворн. — Изначально у меня была одна цель, потом приоритеты сменились, и я отправился в Николот. Но, как оказалось, там моя помощь никому не нужна. Они все и без меня прекрасно устроились. Теперь у меня лишь одна цель осталась. Но и она уже не выглядит верной, — Ворн вздохнул. — Мне кажется, я запутался. Заблудился. Я сам не понимаю, чего мне теперь хочется. Все мои цели или развеялись полностью, или стали призрачными и не такими уж и значимыми, чтобы за них голову свою класть. Может, и правда проще сдохнуть? Или забиться в болото лет на двадцать, или того больше…
— Это камень в мой огород? — криво ухмыльнулся старый воин.
— Нет, Борг. Просто как один из вариантов. Вот жил ты там, никому не был должен, никто тебя не дергал, никуда не гнал…
— Ну не скажи. Долги мои никуда не делись. И отдавать их мне еще придется. Я лишь отсрочку взял, и только. Да и насчет дергать, как ты выразился… Вот он я, сижу тут с вами, плыву на этом чертовом корабле хрен знает куда и зачем. И ты думаешь, я вылез из своей берлоги потому, что мне Боги приказали? А вот хрен ты угадал, мальчик мой. Просто я вот тут чувствую… — мужчина постучал себя о грудь кулаком, — …что должен! Кому должен? А черт его знает, кому… Наверное, самому себе.
— Долги, долги… одни долги… И это жизнь? — печально заключил Ворн.
— Не в долгах суть жизни, парень, — Борг внимательно посмотрел в глаза подростка.
— А в чем же? — устало спросил тот.
— В желании. Мы всегда делаем только то, чего хотим, так или иначе. Даже если тебе кажется, что это не твой выбор, окончательный выбор все едино за тобой.
— Не понимаю, — Ворн поднял взгляд и вопросительно уставился в глаза учителя.
— Значит, не время тебе пока понимать. Позже поймешь.
— Ну да… как всегда. Чуть что — так потом, позже, когда подрастешь. ЕСЛИ подрастешь, — горестно хмыкнул Ворн. — С такими приключениями я скорее сдохну, чем вырасту.
— Ну не сдох ведь еще? — усмехнулся Борг, хлопнув парня по плечу. Того аж пошатнуло.
Гобла улыбнулся.
— Ты, паря, не грузись. Жизнь, знаешь, какая она веселая. Никогда не знаешь, когда она тебя развернет и куда занесет. Ну а если и пришибет тебя где-то по пути, так тоже не беда. Переродишься. Ты веришь в перерождение? Не? А я вот верю.
Ворн вздрогнул. Спину обдало холодом. Душу сжало.
— Земля-я! — заорал смотрящий с марса. — Земля-я!
