Он не принес письма. Я ожидала большего после встречи на мельнице, но не дождалась: Рейтор просто сдержанно поздоровался и… больше ничего. Вел себя странно-вежливо, без обычных своих резких выпадов, к которым я уже привыкла. Был даже приветлив, но при этом в глаза не смотрел, отводил взгляд, хотя я пыталась его поймать. А Рейтор будто враз отгородился невидимым щитом. Я по перышкам перебрала события. Может сказала не то? Некрасиво ела? Уделила недостаточно внимания его мечу? Или ему не понравилось, что я не осталась?
Да, наверное, это. Похоже, только у меня осталось впечатление приятной встречи.
Мы с Мари решили не задерживаться до заката, коротко попрощались с парнями и улетели. Рейтору могло не понравиться, что я удалилась так рано. Может были планы? Правда, он ничем не намекнул…
Огорчившись, а затем разозлившись, я снова взвесила сверток, оставшийся от утреннего поступления. По весу он был тяжелее остальных, я сразу заметила. Наученная горьким опытом первого дня, придирчиво взвесила и не зря: плоский, но весит аж пять единиц и пункт назначения в двух крыльях от нас. Это означало, что Даная опять ошиблась.
Сколько можно ошибаться? Сколько, Касия? Дурные они эти… молодые. Нечего даже обращать внимание… Сами себе навыдумывают, а ты сиди, разбирай их логику. Еще и мечник. Что за странное занятие для Ворона?
Кусая губы, я еще раз глянула адресата:
Змей какой-то.
Долго не думала — отправила тяжелую посылку обратно к Данае с припиской.
Урут из-за той «ценной руды» больше, чем на сутки задержался. И с утра все уши прожужжал, как хорошо поработал. Я уже и не представляла, чего мне будет стоит сплавить ему тяжелое отправление. К тому же после познавательной лекции Ания о безопасности, достаточно впечатлилась.
Нет уж, довольно.
Подъемник снова загрохотал через минуту. Даная отправила письмо с просьбой спуститься для разговора. Еще и три восклицательных знака поставила.
Закатив глаза, я нехотя слетела вниз. Только приметив меня, Даная выбежала из-за стола. Ростом она оказалась совсем крохотной, как ребенок: мне по грудь.
— Касичка, милая… — кукольное лицо женщины смотрело снизу вверх, жалостливо морщась. — Прости… Ну прости же. Опять пропустила я. Что со мной делать? Прости, а?
Смотреть на нее сверху было неуютно, непривычно и довольно неловко. Приняв защитный неприступный вид, я развела руками. Входить в положение Данаи совсем не хотелось.
— Я прощаю… Но эту посылку вестники не возьмут. Я нарушила правила в прошлый раз ради исключения. Больше не буду.
— В последний раз, Касия, а? Ну, что мне сделать, чтобы ты согласилась?
— Мне жаль… Ничего не сделать, — я стояла на своем. — Посылка слишком тяжелая — может вывалиться по дороге или вестник не долетит. Это опасно.
Кукольно-круглые глаза маленькой женщины уже наполнились слезами.
— Вычтут у меня за нее, знаешь сколько?
— Очень жаль… — каменея, повторила я. — Но повторяю: перевесы никуда не годятся. Пусть заказчик отправляет пе…
— Неужели ты такая бессердечная? — Она перебила, снова вздымая в воздух короткие ручки. На этот раз жест раздражал. — Что тебе стоит, что? Неужели тебе моих детишек не жалко? Подслеповата я стала, вижу плохо. А если меня с работы выгонят, кто будет их кормить, ты?
Дети… Даная снова давила на эту нежную точку, и я заколебалась. Очень не хотелось идти на конфликт, очень не хотелось нарушать правила, а еще очень не хотелось показаться слишком жестокосердной или слишком мягкосердечной. Дети, дети, что б их… Искушение согласиться давило на решимость. Взять что ли с предупреждением — последняя и все?
Пока я хмурилась, колеблясь, мимо прошмыгнул юркий мужчина из рода Змеев. Быстро глянув на меня узкими зрачками, он как-то ловко поклонился за раз — и мне, и Данае.
— Простите, миса. Я буквально на мгновение, — Змей низко выгнулся еще ниже, ювелирным движением сунул в руку Данае маленький мешочек и понизил голос до шепота. — Как обещал! Благодарю еще раз, что вошли в положение…
Слух у Воронов достаточно хорош, чтобы я разобрала и шепот и услышала, как в мешочке тонко позвякивают монеты.
— Всегда рада помочь, доброго дня, — натянуто улыбнулась Даная.
Проводив взглядом сразу же скрывшегося мужчину, я вспомнила адресата отправления со змеиным именем. В груди трепыхнулось подозрение.
— Отправитель?
— Что? Нет-нет, это… — широко заулыбалась Даная, поспешно качая головой. — Касичка, это лишь старый знакомый, он вообще не о…
Я не ведаю, но чувствую достаточно. От маленькой женщины исходили злость, раздражение, страх, ложь… Больше всего злости.
— А если я скажу видящему посмотреть на вас, что он увидит? — вслепую нейтрально спросила я, внушительно глянув на нее родовым — вороновым — взглядом.
При слове «видящий» Даная отступила, машинально закрывая голову руками.
— Это запрещено! — взвизгнула она. — Не имеете права!
Я окончательно уверилась в подозрениях. Скорее всего, приемщица брала доплату за неправильные посылки.