До вечера я дожила с трудом, а затем, оглядываясь и петляя, улетела на посиделки в общий дом. В тот самый, куда случайно попала месяц назад с Мари, где мою руку — я помнила ощущения — крепко поймала мужская рука в перчатке.
Прилетела я рано. Общий дом был еще не разогрет, пуст и только-только просыпался. Гостей толком не было, внутри суетился только Ирен, да несколько старших. Периодически дверь приоткрывалась, внутрь заглядывал чей-то любопытный глаз и тут же исчезал: немногие хотели стоять в пустом зале, большинство планировали войти в разгар уже готового веселья, а не трудиться над его созданием. Я прибилась к старшим. Бралась за все — закрывала коврами окна, мела пол, носила бузу, помогала двигать скамьи. То и дело поглядывая на дверь, я громко смеялась, создавала много шума и даже кокетничала, от чего Ирен тут же назначил меня хозяйкой посиделок. Себя он назвал хозяином, и непринужденно вертелся поблизости.
Подозревая уже всех, и его в том числе, я от знаков внимания не отказывалась. А вдруг Ирен? Ведь он свободен, опять же был на посиделках месяц назад… И пусть я знала Ирена уже лет семь, недооценивать силу всеведущего я не могла. Что если он внушил мне, что я знаю, а на самом деле иначе? Ирен худощавый, вертлявый, одного со мной возраста, правда, выглядит младше. У него длинное, чуть вытянутое лицо, и кривоватые ноги. Не то, чтобы откровенно привлекательный, но энергичный, дружелюбный, не отталкивающий. На всякий случай я завела с ним наводящий разговор.
— Ир, какие игры будут?
Украдкой поглядывая на парня, я держала вышитый ромбами ковер. Ирен тщательно прибивал его к окну — в посиделках нельзя было допустить даже щели дневного света. В окружении Ирена вовсю ходила поговорка: «Черный — знак качества».
— Думаю, «Или-или». — Ирен шарахнул по гвоздю в последний раз и любовно оглядел результат. — В нее давно не играли.
Эта игра проходила при свете. Я слегка огорчилась.
— А в разбойника?
— В прошлый раз было! — Отмахнувшись, Ирен оценивающе посмотрел на меня. — А что, хочешь? В разбойника?
— Хочу, — прямо ответила я, ухитрившись даже не смутиться.
Если Ирен — это Он, то он согласится. А если не Он — не согласится. Хотя…
— Со мной хочешь сыграть? — приподнял брови Ирен.
Рядом разжигали огонь. Вспыхнувшее в чаше пламя озарило лицо Ирена, вдруг ставшее таинственным и хитрым.
— Если поймаешь, — уклончиво ответила я, напряженно глянув на хитрую половину.
Он? Не он?
Я путалась в догадках.
— Угу, — непонятно кивнул Ирен. С другой стороны беспомощно зазвенели кружки, и парень мгновенно отвлекся. — Куда ставишь? Собьют же!
Огонь расходился, пылал. Постепенно и общий дом распрямлял плечи и теплел, набирая силу. Устроив на колене четырехструнную кулину, один из парней начал ненавязчиво бряцать по струнам. Рядом присел второй, быстро и ловко обстукивая ладонью по натянутой коже бубна. Зазвенели колокольчики. Началось.
Привлеченные теплом и звуками, молодые девушки заглядывали в дверь и уже не убегали, а подходили ближе, невольно пританцовывая под ритмичную мелодию. Девушки тянули за собой подруг. Вслед за девичьим высоким щебетом подтягивались парни. Уже скоро в дверь вваливались по нескольку голов. Дом наполнился до краев за считанные минуты. Несколько знакомых девушек кинулись здороваться со мной, мешая следить за входом. Еще и парни будто сговорились — держали руки где угодно, только не на виду. Куда уж там разглядеть, в перчатках они или нет! От досады я кусала губы.
Вокруг царило непривычное возбужденное оживление. Парни сверкали улыбками, вовсю обсуждали последнюю весть: драконы изменили договор с родом на более благоприятный. Новости радовались. Успев уловить только общий позитивный смысл, я никак не могла сосредоточиться на политике, продолжая искать Его.
Разогревая толпу, Ирен затеял игру «Или-или», как обещал. Играющие выбирали, будут ли правдиво отвечать на неудобные вопросы или будут исполнять приказы водящего. Так и не решив, прятаться мне или быть на виду, я держалась рядом с играющими. Этим немедленно воспользовался Ирен.
— Слово или дело? — он обвел всех глазами и остановился на мне. — Отвечает красотка… Касия!
— А? — услышав свое имя, я очнулась.
— Слово или дело?
— Слово!
— О-о-о-о! — хором затянули вокруг.
Ирен хитро улыбнулся.
— Что-о-о… Что тебя возбуждает в мужчине?
Вопрос был неприличным, ответить на него следовало шуткой, но в голове у меня не оказалось ни одной.
— Перчатки! — не задумываясь, ответила я.
Вокруг обрадовались, захохотали, засвистели.
Ирен тут же потребовал перчатки. Кто-то бросил ему одну и Ирен продемонстрировал мне руку. Следующий парень выбрал действие. Я поспешно отступила.
Музыка становилась всё громче, крики азартнее, а танцы — смелее. Кружились в воздухе искры от огня, смешиваясь с ароматом специй, а девушки кружились в танце. Юбки черными крыльями взметались в воздух. Смех, улыбки, треск огня, запахи, музыка — все жило отдельно от меня и шло мимо. Я ждала.
Внезапно из череды прочих выделилось знакомое лицо. Одного взгляда хватило, чтобы я похолодела.
Ох, Неонел…