– Бита подойдет? – послышался голос Кики.
– Не уверен… Ладно, давай ее сюда!
Я сжал рукоять биты как можно крепче и со всей силы ударил по деревянной облицовке земляного помещения. Доски не развалились, но одна из них все же треснула.
– Отойди, – нервно дернул меня Глеб.
Он схватил рукой верхнюю доску – деревянный короб заканчивался где-то на уровне наших голов, дальше шел фундамент, – принял устойчивое положение и резким движением треснул по стене ступней. Полотно не выдержало, нога Глеба провалилась внутрь стены.
– Зараза, – выругался он, пытаясь освободить ногу.
Я принялся помогать другу. Он поранил ногу о заостренную доску, и теперь у нас были почти одинаковые отметины. Штанина разорвалась, а из царапины маленькой струйкой бежала кровь. Глеб поморщился:
– Да наплюй! Лучше проверь, есть ли там что-нибудь.
Я опустился на корточки возле только что проделанной дыры и с опаской заглянул в углубление. Темнота, да и только. Дрожа всем телом, приблизился вплотную и запустил руку в отверстие. Сначала шарил осторожно, боясь нащупать разлагающийся труп, потом набрался смелости и до конца протянул пятерню. Ладонь коснулась чего-то шершавого и омерзительного на ощупь, я взвизгнул и упал на спину от страха.
– Что там? – дружно закричали ребята.
– Н-не знаю… что-то точно есть…
– Следовало для начала фонариком посветить, – фыркнул Глеб. – Куда вперед батьки лезешь?
– Да ты же сам сказал!
– Сказал, – проворчал тот, вытирая кровь с ладоней. – Отойди!
Меня снова отшвырнули в сторону, как котенка. В другой ситуации я, может быть, и обиделся бы, но не сейчас. Пусть сам лезет, мне не жалко.
– Это мешок, – осветив предмет, пояснил Глеб. – Просто тряпичный мешок.
– Просто? – хмыкнул я. – Почему, интересно, обычный мешок замурован в стене?
– Тоже верно. Ладно, давай попробуем вырвать некоторые доски и достанем его.
Мы взялись за доски. Ребята, оставшиеся наверху, уже совсем не следили за домом, все трое свесили головы в подпол и наблюдали за нашими действиями. Буквально через пять минут мы справились со стеной и вызволили пыльный, полусгнивший мешок. Его содержимое было легким, почти невесомым.
– Саня, принимай! – приказал Глеб, поднимая находку. – Только осторожно, ткань от времени расползается.
Аккуратно и даже бережно передали клад ребятам. Кики хотел помочь Рыжему, но в этом не было необходимости, парень мог справиться и сам. Мы с Глебом выкарабкались из подпола, упираясь ногами в деревянные стены. Лестницы тут, конечно, не нашлось.
– Какого хрена! – истошно заорал Кики, а за ним послышался Зоин визг.
Я мигом очутился наверху, готовый сражаться с призраками, демонами – в общем, со всем, что могло напасть на друзей. Ребята жались друг к другу, но рядом ничего потустороннего не оказалось.
– Что случилось?
– Рука! – сглатывая слезы, простонала Зоя. – Из мешка вывалилась рука!
Действительно, из дырки в трухлявом мешке торчала небольшая иссохшая конечность. Я подошел ближе и, перебарывая рвотные позывы, развязал узел. Маленький детский трупик, скукожившись в позе эмбриона, покоился в складках мешковины. Мумия девочки. Мы нашли последнего игрока в прятки.
Глеб, выбравшийся из подпола следом за мной, упал на колени возле крохотного тельца. Он протянул руку к девочке и неверным движением коснулся подола испачканного, посеревшего платья. Слезы безостановочно катились по щекам парня. Только слепой не смог бы узнать в этой выцветшей, грязной тряпке сарафан Катюхи.
– Это… – всхлипнула Зоя, – это н-не…
Рыжий и Кики, словно огромные рыбины, беззвучно открывали рты. Я, наверное, выглядел так же. Опомнившись, опустился рядом с Глебом и положил руку ему на плечо. Он тут же уткнулся лицом в свою ладонь и зарыдал в голос.
– Нет, – снова попыталась выдавить из себя Зоя, – это не Катя… Не Катя!
– Это я, – раздался знакомый голос нашей потерянной подруги. – Я.
Я смотрел на Катюху и пытался сообразить, не шутка ли это все? Она была такой же, какой я ее знал: белокурые, тонкие, словно пух одуванчика, волосы; взрослый взгляд детских глаз; тощие, но весьма резвые ноги; выцветший сарафан в мелкий цветок…
Девчушка обвела присутствующих нежным, полным теплоты и сочувствия взглядом, затем грустно улыбнулась. Не было в этом отпечатке ничего пугающего, ничего чужого, но я все равно отступил назад, когда Катюха хотела приблизиться к нам. Она заметила мою реакцию и виновато опустила глаза, а я пожалел, что машинально отстранился от нее.
– Простите, – проговорила она, – я не хотела вас пугать… Но не было другого выхода! Мы не можем выдать себя, в наших силах только подсказать.
– Мелкая! – радостно крикнул Глеб и кинулся к призраку. Обнял девчушку, стал целовать ее в макушку. – Слава Богу! Слава Богу, с тобой все в порядке! Я уж было подумал, все… не найдем тебя. А ты – раз и появилась! Ах, глупая! Зачем ты пряталась? Зачем заставила нас волноваться?!
– Глеб? – взволнованно позвала Зоя, но ответа не дождалась.
