— Ладно, Горин, нечего из пустого в порожнее воду лить. Пойду, время потяну, да узнаю, чего Ясна Свет Фроловна на самом деле хочет. Ты же сиди смирно и никуда не рыпайся. Мы, по твоей милости, уже в историю влипли. Была читая выигрышная позиция. Ты же не к месту инициативу проявил и сам влез в расставленные силки.
Мне ничего не оставалось, как признать правоту священника. С отрешенным видом я уселся обратно в кресло и принялся наблюдать, как остальные служители Совета пытаются забаррикадировать все окна и двери дома. Никак к натуральному штурму готовятся.
Священник ушел, и буквально в туже секунду я услышал его — вурдалачий зов.
Отлично. Меня опять перед выбором ставят — оставить своих и пойти на поводу у главного архитектора западни или же принять заведомо проигрышный бой с сумасшедшими ведьмами.
Переговоры зашли в тупик. Минут десять к ряду отец Евгений, тревожно поглядывая на дом, перед которым готова была развязаться бойня между его бойцами и ведьмами, доказывал главе Новгородского ковена непричастность своего подопечного к зверским убийствам ведьм. Он сыпал аргументами, дескать, Горин был обнаружен связанный и истерзанный и никак не мог быть причиной смерти женщин. Также он выдвигал в адрес убиенных и свои контробвинения. Мол, ведьмы сами преступили закон, вызвав древнего демона и оживив с его помощью мертвеца. Не забыл упомянуть священник и о похищенном фолианте.
— Удобно ты устроился, дьяк, — парировала его аргументы Ясна Фроловна. Говорила она нарочито громко, так, чтобы все вокруг слышали ее, из чего священник сделал вывод:
— Мертвы, — согласился священник, — но и вы не сможете доказать причастность ворожея к этим убийствам.
— Они были умервщлены его ножом, тому у нас свидетель имеется.
— Интересно мне знать какой. Уж не тот ли свидетель, что вас сюда вызвал?
— Всему свое время, — отмахнулась ведьма, — придет час, свидетель даст показания. Кроме того, тут повсюду следы использования ворожеем его дьявольской силы. И на станции они имеются, и в библиотеке. Хоть бессмертного призывай для разбирательств, хоть кого иного из мира Ночи. Уж это отрицать бессмысленно — ведьмы ворожейское племя за версту чуют.
— Так, он от ваших же подопечных и оборонялся! — возмутился священник.
— А кто его знает, оборонялся он или нападал? Факты, они на лицо — он живой, а девочки мои богу души отдали.
— Постеснялась бы, Ясна Фроловна, богохульствовать. Ты лучше меня знаешь, кому их души в посмертии отошли. Вы с нечистым с младенчества контракт подписываете. Сами своих дочерей ему на закланье несете.
— А вы не так поступаете? — ехидно заметила ведьма. — Своих детей вы тоже не спрашиваете, когда во младенчестве крестите. Верят они, али нет — всех под одну гребенку сгребаете в свою веру.
— Ты мне зубы не заговаривай, ведьма. Нет у тебя сейчас ни силы, ни власти мне свою волю гнуть. Приедет архиерей, будем судиться. А до тех пор, дай нам уйти по добру.
— Пока твой начальник приедет, от вас мокрого места не останется, — сверкнула недобрым взглядом Ясна Фроловна, — и никто нам ничего не сделает, мы сейчас на своей земле и в своем праве.
— Ладно, кончай трепаться, ведьма. Отойдем, поговорим?
Священник понимал, что все сказанное главой Новгородского ковена блеф и показуха, нацеленная на своих же ведьм. Нужно было без лишних ушей договариваться.
— От чего же не отойти? — правильно поняла желание договориться полюбовно Ясна Фроловна. — Отойдем.
Ведьмы расступились и пропустили соперников через кордон на затененную улицу. Отойдя подальше, первым заговорил отец Евгений:
— Ты же умная ведьма, Фроловна. Что за цирк ты тут устроила?
— А ты мои методы не препарируй, поп, — огрызнулась ведьма. — Я свою игру веду, на то у меня свои резоны.
— Ну, так и скажи прямо, чего ты хочешь. Зачем весь этот балаган? Может, я чем-нибудь помогу, а, может, и начальство мое. Ты только прямо скажи, а я походатайствую.
Ведьма на это лишь хмыкнула, однако все же раскрыла часть своих карт.
— Фолиант мне нужен, дьяк, — понизив голос, будто их кто услышать мог, ответила она.
— Вот это другой разговор. Ты же говорила, что не брали вы его! — Поймал Ясну Фроловну на горячем священник.
— Когда говорила, была уверена, что нет его здесь, — соврала ведьма, не моргнув и глазом. — А сейчас уже все знают — здесь он. В руках ворожея твоего. Отдайте его мне, и мы забудем это маленькое недоразумение. Все обвинения с твоего Горина будут сняты. Со всеми клятвами, как полагается. Уйдете целыми и невредимыми.
— А если нет у меня фолианта?
