Водяной их тоже не обижал, мог жемчужину красивую подарить или раков наловить.
С этими мыслями она легла в кровать и накрылась шкурой, подаренной лесовиком. И зачем этим людям помогать? Явится князь, сказать, что не ведает ничего про меч, и пусть катится восвояси. С чего она ему помогать станет? Его прадед сильно бабку ее обидел, а она теперь ему меч сыскать помоги. Вот еще. Лучше сама отыщет. Такой силы оружие и ей самой сгодиться может. И почему Ясиня вечно горевала о том, что так и не стала ведьмой княжеской? Про Бажану вспоминала, а та сгинула, ее и искать никто не стал. Неблагодарно людское племя, прав в этом Прошка.
Во сне ей привиделась бабка. Ясиня стояла подле кровати и гладила морщинистой рукой по волосам.
— Не горячись, девка. Мара-то в тебе говорит. Хочет с пути сбить. Ты и сама племени людского. Их и держаться надобно. То, как со мной обошлись, и моя вина. Не во всём я с тобой честна была.
Рассказала, как они с Лешим обманули князя. Что поверила нечисти и хотела таким способом стать ведьмой самого древлянского правителя. Позволила сгубить Бажану ради своих честолюбивых помыслов.
— Тебе судьба уготована богами яркая. В две нити Макошь прядет твою жизнь. По какому пути пойти, только ты сама выбрать сможешь. Стать Мары жрицей и соратницей верной, да людей губить, или же верной подругой и советницей князя. И вместе с ним Русь от гибели спасти. Но как оно станется, никто не ведает, ни я, ни Мара, ни сама матушка Макошь. Лишь ты сможешь дороженьку свою проложить. Лишь тебе под силу с богами тягаться. Оттого и меч приняла. Знала, что будет у меня внучка, да силы такой, что мне и неведома. А как ее сыскать, сама вскоре поймёшь, как за мечом князь явится. Но то когда будет. А пока спи, моя искорка ясная. Не тревожься понапрасну.
Провела рукой по голове ее и исчезла, как и не было. Вильфрида подскочила на кровати. Сердце бешено стучало в груди. И пойми, бабка ли то приходила, правда, аль от думок да рассказов Прошки что примерещилось. Спустив с постели босые ноги, дошла до кадушки с водой, омыла лицо, попила из пригоршни. И села на лавку. Тут и домовой встал.
— Чаго не спишь? — спросил он.
Вила рассказывала ему про странный сон. Прошка задумался.
— Утро вечера мудренее, ложись-ка, девка, спать. Как оно будет, время покажет. Явится ежели князь, тогда и думать станешь, помогать ему иль Маре. А пока нечего печалиться. Даже ежели бабка твоя нечисти помогала, сына княжьего она спасла. Да и не от злого умысла помогала, Лес важен был. Но что теперь прошлое ворошить. Спи, ступай, а я в деревню.
Вильфрида вернулась в постель, а домовой выскользнул из избы и потрусил по тропинке меж болотных кочек. То, что девке судьба непростая уготована, знал он давно, но не хотел раньше времени ту тревожить. Время всё по местам расставит, а боги путь верный ей укажут.
— Севка! — Светозар спустился с крыльца и окрикнул конюшего.
Тот похлопал вороного жеребца по крупу и, обтерев руки, поспешил к князю.
Светозар, наряженный в темную шерстяную рубаху, подпоясанную ярко вышитым кушаком, плотные шерстяные штаны ладно сидели на статной фигуре, стоял у терема. На ногах у князя были высокие сапоги из мягкой кожи, отороченные мехом. Вотола из мягкого войлока лежала на широких плечах. Собираясь в походы, князь старался одеваться неброско, практично. Вот и сейчас он скорее походил на зажиточного крестьянина, чем на князя древлянских земель.
— Оседлал? — конюший как раз готовил скакуна Грома к выезду. Княжич решил, что отправится в путь один, так ловчее. А пока его не будет, заправлять оставил совет волхвов.
Севастьян кивнул и подвел коня к Светозару.
Конь был вороной масти, с длинной гривой и хвостом. Он был сильным и выносливым, с мускулистым телом и крепкими ногами. Сбруя, хотя и не была богатой, но была прочной и надежной, изготовленная из качественной кожи и надежно закрепленная на коне. Удобное седло было изготовлено так, чтобы князю было сподручно долгое время находиться в нем без устали. Уздечка, простая, но крепкая, позволяла хорошо управлять конем.
Вскочив в седло, Светозар пришпорил лошадь и выехал за ворота. Путь предстоял неближний. До Любича планировал доехать за несколько часов. Без обоза, верхом, двигался он достаточно быстро. Но по дороге заехал в Крутогорку. Узнал у старосты, как обстоят дела. После поимки упыря деревня жила спокойно, что князя порадовало. Староста предложил не скакать по темну и остаться на ночь. День и правда был коротким, словно не снегогон на дворе. Потому предложение Светозар принял. Он сходил в жарко натопленную баньку, потрапезничал у старосты и лёг спать.
