Девушка хотела сначала ответить что-то оскорбительное, но вместо этого закашлялась, от чего стало невозможно дышать. Ей не хотелось, чтобы Обсидиан видел ее в таком состоянии.
Он подошел к ней, держа в руках магическую сферу, которая освещала комнату и дарила тепло. Амалия все это время пряталась под защитным слоем пуховой накидки.
Обсидиан приподнял одеяло и увидел ее бледное до синевы лицо, по которому струился пот. Сердце Обсидиана сжалось. Девушка дышала с сильными хрипами, кое-как сдерживая порывы кашля.
– Ох, цветок… У тебя болезнь легких. – он коснулся рукой ее лба, почувствовав, как горит Амалия.
– Уходи, Обсидиан… Кха-кха… Я тебя… Заражу, – проговорила она, задыхаясь. Каждое слово давалось Амалии с большим трудом.
– Потерпи, пожалуйста, немного, хорошо? Я сейчас помогу тебе, – прошептал он, и его рука быстро стянула с нее одеяло, отчего по телу девушки пробежал озноб и снова начался приступ кашля.
Глаза и кисти Обсидиана загорелись золотым цветом, и он стал медленно-медленно проводить рукой над телом Амалии, которое тоже начало светится. Вся комната, пропитанная ароматами ириса и мороза, начала сиять золотыми оттенками. Там, где Обсидиан проводил рукой, кожа искрилась, Амалии казалось, будто ее покалывает маленькими иголочками.
Болезнь не могла сопротивляться силе Ночи, постепенно исчезая из организма Амалии. Большую часть магии Обсидиан направил на воспаленные легкие, сияние которых было ярче всего. Постепенно прерывистое хриплое дыхание Амалии становилось нормальным, кожа возвращала свой розоватый оттенок.
Наконец, когда Обсидиан закончил, полностью излечив болезнь, его глаза вернули себе золотой в крапинку оттенок. С каждым циклом его глаза становились все темнее, и это было еще одной причиной, почему Амалия его ненавидела. Ночь овладевала принцем медленно, но верно. Комната вновь погрузилась во мрак, в котором можно было заметить светящуюся сферу, согревающую помещение.
Обсидиан взял стул и присел недалеко от кровати, оперевшись локтями о спинку и подперев голову руками. Он молча наблюдал за девушкой, не спеша заговорить первым.
Амалия присела, широко улыбаясь. Она с большим удовольствием вытянула ноги из-под одеяла, наслаждаясь хотя бы временным теплом, которое создал маг, и рассматривала переливающуюся разнообразными оттенками сферу, похожую на маленькое солнышко.
– Знаешь, несмотря на то, что я все еще очень сильно злюсь на тебя… Я скучала, – игриво проговорила девушка, по-детски наклонив голову. Она внимательно наблюдала за принцем, стараясь подметить про себя каждое его движение.
– Это вместо «спасибо»? – Обсидиан приподнял бровь. В его золотых глазах отражались блики от сферы.
– Я не просила меня лечить, – Амалия скрестила руки, немного нахмурившись и надув губы. Обсидиан продолжал смотреть на Амалию, на его лице не дрогнул ни один мускул. Девушка вздохнула, а потом произнесла немного упавшим тоном. – Спасибо, Обсидиан.
– Пожалуйста, Амалия, – он немного улыбнулся, все еще наблюдая за ней. – Раз ты ведешь себя как маленький ребенок, значит, что-то случилось. Рассказывай… Ну, если, конечно, хочешь, – немного смущенно закончил он.
– Зачем ты пришел? – немного резко спросила она, выдавая свои истинные эмоции.
– Я скучал по тебе, мой цветок. И хотел предложить тебе переехать ко мне. Пирит и Дьярви уже давно не появлялись здесь. Это значит, что Полуночные могут напасть на тебя в любой момент. Ты ведь знаешь об этом, – ответил Обсидиан девушке совершенно спокойно. Амалия могла бы часами рассматривать переливающееся золото его глаз, но заставила себя отвернуться, стараясь не расплакаться.
– Не говори так, – прошептала Амалия. – Они скоро вернутся, и я буду ждать их здесь, ясно? – раздраженно бросила она. Обсидиан был прав, но она не хотела этого признавать. Ей хотелось избавиться от ужасных мыслей, которые не давали спать каждую ночь.
– Амалия, я не хочу на тебя давить, но ты и сама все понимаешь, – он чуть наклонился в ее сторону. – Ты в большой опасности. Я не смогу защитить тебя, когда буду далеко. А если с тобой что-то случится, я не смогу себя простить за это. Пирит и Дьярви, если вернутся…
– Когда!
– Извини… Когда они вернутся, то убьют меня за то, что я не защитил тебя, – закончил Обсидиан уже шепотом, от которого у Амалии по всему телу пробежали мурашки. Но она так и не повернулась в его сторону, обиженно глядя в окно. Обсидиан сделал глубокий вздох. – Хорошо, цветок, делай как знаешь, и…
– О, спасибо, что разрешил.
– И все-таки, расскажи, что случилось? – спросил он мягко, несмотря на слова девушки. Хотя внутри него начинало закипать.
Амалия хотела столько всего ему сказать. У нее было столько вопросов, возмущений, гнева и непонимания, но вместо этого она кусала губы, отвернувшись от принца. Обсидиан был прав – опять! Она спрятала лицо в коленях, просидев так несколько минут. Принц не мешал Амалии собраться с мыслями. Он молча сидел и ждал.
