Было почти три часа утра, когда пришло долгожданное сообщение от леймов с точным координатами посадки зонда. Наложив их на карту Парижа, Эрик с радостью отметил, что указанное место находится не очень далеко – им оказалось крикетное поле в парке Буа де Венсан примерно в пятнадцати минутах езды от гостиницы.
Придерживая за ручки чемоданы на колесиках, Эрик и Софья прошли по коридору, спустились в фойе и направились к ресепшену. Дежурный администратор по имени Фардауса аль-Хабиб – чернокожая девушка в хиджабе, оставляющем открытым лишь лицо, – была крайне удивлена желанием гостей выписаться прямо сейчас, посреди ночи. Кроме того, по брони им оставалось провести в отеле еще две ночи, и администратор заявила на ломанном французском, что не сможет выплатить обратно остаток, поскольку это противоречит политике отеля. Эрик великодушно махнул рукой, расписался, где надо, и они направились к выходу.
Ночь встретила их прохладой и ароматами сдобренной специями еды. На скамейке неподалеку от дверей гостиницы расположились трое мужчин восточной внешности. У них был то ли поздний ужин, то ли ранний завтрак. Все трое уплетали столовыми ложками парующий плов прямиком из огромного казана, стоявшего на асфальте у их ног, и перебрасывались короткими фразами на арабском. Поблизости находились три припаркованные в ряд машины такси, и Эрик предположил, что мужчины на скамейке – таксисты на ночном дежурстве.
– Эй, кто из вас свободен? – крикнул им Эрик. – Нам в парк Буа де Венсан.
– Я отвезти, я, – откликнулся один из мужчин с пышными черными усами «а-ля Саддам Хусейн». – Жди, друг, я доедать и отвезти. Жди.
Эрик поморщился от нахлынувшего раздражения, взглянул на Софью, чтобы поделиться мыслями по поводу уровня сервиса в Париже, но в ужасе застыл, окаменел.
– Ты чего? – насторожилась Софья, не видя, как по ее лбу скачет красная метка лазерного прицела.
Иногда возникают ситуации, когда мышцы знают лучше, чем рассудок, что следует делать. Это справедливо не только для тренированных спецов, но и для обычных «офисных планктонов». Эрик осознал эту истину позже, после того как, резко выбросив руки вперед, оттолкнул Софью от себя. Она отлетела назад и в сторону, едва удержавшись на ногах, взглянула на друга с гневом и возмущением, но сказать ничего не успела. Стекло в двери, перед которой девушка мгновение назад стояла, лопнуло и с оглушительным звоном осыпалось градом мелких осколков.
Трое таксистов, выпучив черные как смоль глаза, застыли в одинаковых позах – с ложками плова, поднесенными ко ртам. Эрик схватил Софью за руку и, лихорадочно соображая на ходу, потянул за собой. Позабыв про чемоданы, они бросились к ближайшей машине. Эрик распахнул заднюю дверцу, скомандовал:
«Ляг и не поднимай головы!»
Сам обежал вокруг и запрыгнул на водительское место. Молниеносная команда ботам, и мерседес ожил, приборная доска засветилась, мотор заурчал.
– Эй, эй, друг! – заорали таксисты, вскочив со скамьи. Казан с пловом опрокинулся, рассыпая ароматное восточное лакомство по асфальту.
«По нам стреляли», – пояснил Эрик, хватаясь за руль.
«Поняла уже… – отозвалась лежащая на заднем сиденье Софья. – Жми!»
Эрик вдавил педаль газа, сорвав колеса в пробуксовку. Мерседес взвизгнул шинами и секунду спустя рванулся прочь со стоянки. Словно прощальный привет от неизвестного «доброжелателя», кусочек свинца разбил в дребезги пассажирское окно и задел по касательной ногу Софьи. Она вскрикнула, схватилась за окровавленную рану.
– Что у тебя? – вскричал Эрик, оглядываясь через плечо.
– Да ничего, – сквозь зубы процедила девушка, – рули, справлюсь.
Мерседес выехал на широкий проспект, попетлял по близлежащим переулкам, потом свернул на тихую пустынную улицу и остановился на обочине. Эрик вбил в навигатор адрес парка – оказалось, совсем недалеко. Снова по газам и вперед.
Вдалеке послышался вой полицейской сирены, но Эрик игнорировал все вокруг, кроме указаний навигатора и красных ручейков, вытекающих из-под ладошки Софьи. Она села, чуть согнувшись, и зажала кровоточащую рану на правой икре. Он взглянул на бледное лицо в зеркальце заднего вида; девушка кусала губы и угрюмо молчала. Ни звука, ни стона.
До парка Буа де Венсан домчали за десять минут. Эрик никакой слежки не обнаружил. Когда на улицах почти пусто, заметить «хвост» не составило бы труда. Полиция завывала сиренами где-то далеко, возможно, выехали на место происшествия. Рано или поздно угнанное такси, разумеется, найдут, но через сорок пять минут это станет уже не важно: в парке приземлится зонд.
Эрик остановился на ближайшей к парку стоянке, заглушил двигатель и вышел из машины. Открыл заднюю дверцу и помог Софье выбраться наружу. Ее качало, она едва держалась на ногах.
– Как ты? – задал он идиотский вопрос. Она ничего не ответила, тогда он усадил ее на багажник автомобиля, схватился обеими руками за подол ее любимого сарафана, уже запачканного кровью, безжалостно дернул. Ткань с треском поддалась и оторвалась широкой полосой, превратив скромный сарафан в довольно легкомысленное платьице.