– Мисс Боровски? – обратился он к невидимой ассистентке по интеркому. – Будьте любезны, угостите нас лучшим виски, которое найдете! – Затем, посмотрев на своих подчиненных, торжественно добавил, словно чувствовал себя обязанным обосновывать свои распоряжения: – Нам есть, что отметить!
Вернувшись на свое место на канапе, он оглядел директора и советника веселым, жизнерадостным взглядом и сказал с напускной печалью в голосе:
– Уже и Рождество на носу, а мы еще толком и не отдыхали. А знаете что, Анджела, приходите-ка к нам на Рождественский ужин. Будут лишь близкие и доверенные люди, встреча, так сказать, в узком рабочем кругу. Он назначен на этой неделе, в пятницу. Да, определенно, я желал бы видеть вас среди приглашенных.
Анджела слегка оторопела от неожиданного предложения, но быстро взяла себя в руки и с улыбкой ответила:
– Благодарю за оказанную честь! Приму приглашение с большим удовольствием!
Зал ожидания стокгольмского международного аэропорта Арланда шумел и гудел, словно разворошенный улей. К взлету готовились сразу несколько рейсов, ранее задержанных на семь часов из-за снежного шторма, и в зале царила толкотня и суматоха. Бесчисленные толпы людей двигались в разные стороны, наплывали друг на друга, перехлестывались и перемешивались. Людское многоголосье звучало фоном к беспрестанным аудиообъявлениям, сообщавшим то о начале посадки, то о завершении регистрации на рейс. Маленьким островком относительного спокойствия в этом море всеобщего стресса и хаоса было кафе «Эль-Мундо», в котором подавали горячие напитки, свежевыжатые соки и разнообразные смузи, а также закуски в виде салатов, сэндвичей и булок.
Эрик сидел за одним из столиков в глубине помещения и наслаждался двойным эспрессо. Его любимый красный пуховик красиво сочетался с черными джинсами, заправленными в высокие черные боты. Под распахнутой курткой ослепительно белела футболка со ставшим в последнее время популярным символом: Землей, снятой из космоса, и бегущей вокруг нее строкой «Welcome to Earth!». Заполучить зимнюю одежду стало возможным после визита к матери, у которой хранились личные вещи Эрика, вывезенные из его квартиры еще осенью. Погостить удалось три дня и за это время пообщаться и с братом, и с кузиной.
Вся семья собралась за праздничным столом на Рождественский сочельник. Ели, как полагается, ветчину, лососину, фрикадельки из медвежатины и многие другие любимые с детства деликатесы. К удивлению родных, Эрик к спиртному не притронулся, еду запивал лишь минеральной водой и колой. Мать решила, что такая перемена связана с изменением внешности (при первой встрече женщина в ужасе отшатнулась от подошедшего к ней на улице
Эрика порадовало то, что близкие люди были очень позитивно настроены к Лейму и пришельцам и не раз с интересом пересматривали запись состоявшегося на полярной станции диалога. Кого-то восхитила идея слитного существования разумов, а кому-то не терпелось поскорее избавиться от стареющего тела и обрести бессмертие (по крайней мере, в его сегодняшнем человеческом понимании). Эрику захотелось позвонить или даже увидеться с Магнусом, своим старым приятелем, услышать его мнение о Лейме, пришельцах и возможных грядущих переменах для человечества. Из социальных сетей Эрик с радостью, но без удивления обнаружил, что молодой коллега стал одним из ярых активистов шведского отделения «WTE». Но тем не менее звонить Магнусу означало расширить круг посвященных и увеличить риск того, что новый облик Эрика будет, как выражаются разведчики, скомпрометирован. Не то чтобы ему нравились подобные шпионские игры, но создавать самому себе новые препятствия не хотелось. Пришлось строго-настрого наказать родным не болтать о том, как он теперь выглядит.
Три дня, проведенные в родительском доме; Рождество, которое довелось справить вместе с близкими; приятное общение – все это сильно подняло ему настроение и зарядило энергией для движения вперед. Но, прежде чем продолжить нескончаемые путешествия по европейским и ближневосточным столицам, Эрик решил, что обязательно должен наведаться в Санкт-Петербург, – город, с которым у него было связано очень многое и где жили люди, которых хотелось увидеть и поздравить с Новым годом. Понаслышке Эрик знал, что этот праздник традиционно отмечался в России с поражающим воображение размахом, а потому стоило побывать в Питере или Москве именно в эти дни. И вот теперь он здесь, в переполненном пассажирами аэропорту; зашел в кафе насладиться хорошим кофе и скоротать время ожидания рейса Стокгольм – Санкт-Петербург.