Анджела прошлась по кабинету, бросила взгляд в окно. Вечернее февральское небо затянуло тучами, где-то вдалеке над океаном ярилась гроза, озаряя всполохами молний темный небосклон. Ветер набирал силу, гнул ветви растущих вокруг коттеджа деревьев. Скорее всего, по побережью ударит шторм, успеть бы доехать до дома. Хотелось принять горячую ванну и лечь спать пораньше. Напряжение последних дней давало о себе знать, вычерпывало до дна запасы энергии, лишало остатков сил.
Она взглянула на часы – стрелки показывали почти девять вечера. В Харидваре было около шести утра следующего дня, и груз приближался к месту назначения. Анджела села в кресло, «разбудила» ноутбук.
Активное окно демонстрировало карту индийского штата Уттаракханд. Там, где-то поблизости от города Рурки, горела красным точка, неторопливо ползущая с юго-запада в сторону Харидвара. Груз был уже недалеко, возможно, еще минут пятнадцать-двадцать полета.
Анджела запустила руку в карман пиджака, бережно достала айфон, положила на стол прямо перед собой. Посмотрела на темный экран зачарованно, благоговейно, как знаменитый хоббит на Кольцо Всевластия. Скоро, очень скоро она нажмет заветную кнопку, и далеко, за многие тысячи километров отсюда, воссияет солнце, лучи которого не станут греть и ласкать кожу, а выжгут все вокруг, уничтожат, разрушат, покалечат, отравят. Радиоактивный гриб медленно вырастет над городом, будучи первым в грядущей череде похожих грибов, которые покроют обширные территории Пакистана и Индии. Десятки миллионов человек исчезнут, даже не успев понять, что произошло. На порядок больше умрет в страшных мучениях, завидуя тем, кому «повезло» оказаться в эпицентре взрывов. Мужчины и женщины, старики и дети, звери и птицы… сгорит все. А землю на многие десятилетия отравит радиация. Самые густонаселенные места на планете превратятся в пустыню, где будет царить лишь смерть и разрушение.
Умрет миллиард человек. Анджела откинулась на спинку кресла, скрестила руки на груди, задумалась. Что даст ей смерть почти одной восьмой населения Земли? Сделает ли ее жизнь счастливее? Радостнее? Спокойнее? Ответом были три очевидных «да». Вдруг, откуда ни возьмись, вынырнула неожиданная мысль: а в самом ли деле это так? Настолько ли очевиден ответ? Может, под этим скоропалительным «да» скрывается нечто совершенно иное?
Она протянула руку, нежно провела кончиками пальцев по темному стеклу, коснулась емкостной кнопки у основания, погладила телефон ласково, словно лицо новорожденного младенца. Движение показалось таким естественным, привычным. Новорожденный… Естественное… Рождать, создавать, творить – естественно. А убивать и разрушать? – Так же естественно! – Так же? Невозможно убить то, что не рождено, не создано. Значит, убийство не первично, оно вторично.
– Б-р-р, что за бред!
Она потрясла головой, прогоняя странные мысли. Взяла телефон в руки, погладила со всех сторон, бросила взгляд на экран ноутбука. Красная точка переползла город Рурки и уверенно приближалась к Харидвару.
Скоро, совсем скоро. Буквально несколько минут.
Анджела вдавила физическую кнопку на телефоне, экран ожил, потребовал пароль. Она ввела восемь секретных цифр; айфон открыл доступ к рабочему столу, на котором горел контакт быстрого дозвона – квадратная иконка, названная коротко и лаконично буквой «А».
Анджела вновь положила телефон на стол, перевела взгляд на экран ноутбука. Красная точка медленно подползала к цели.
Эрик продрог, его мучали голод и жажда. Раннее утро выдалось прохладным, легкая куртка тепла не давала. Он стоял у самого начала улицы Ришикеш, в которую переходила загородная скоростная дорога Дехрадун – единственный въезд в город с севера, не считая паромной переправы через один из притоков Ганга, которую патрулировал Верещагин. Харидвар оказался заключен в плотное кольцо наноботов, которые придирчиво сканировали всех въезжающих в город людей, а также транспорт и грузы. Ни намека на американских агентов или контейнер с ядерным зарядом. Высоко в небе завис зонд-два, который отслеживал ситуацию внутри города и в его окрестностях камерами видеонаблюдения. Эрик то и дело подключался к потоку данных с зонда и посматривал одним глазом за тем, что творится в центре, хотя на систему вполне можно было положиться: при любой подозрительной активности бортовой компьютер немедленно забил бы тревогу.
Эрик понимал, что затея отчаянная и толку даст мало: ведь бомбу и правда могли взорвать за пределами города. Да, жертв в таком случае было бы, несомненно, значительно меньше, но спровоцировать полномасштабную ядерную войну между Индией и Пакистаном такой взрыв мог бы вполне.