Время пришло. Тысячу лет Алидир растил аракешей, вскармливал орден, чтобы его ученики послужили Валанису. Больше никаких манипуляций, больше не нужно изворачиваться, чтобы управлять из теней. Теперь ему напрямую будут подчиняться самые умелые воины Иллиана. Пусть они несравнимы с эльфийскими воинами, которыми довелось командовать во время Темной войны, любое человеческое воинство аракеши превосходили.
Держась в тенях галереи, он наблюдал сверху, как мужчины и женщины, закончившие обучение, склоняются перед Отцом.
В центре зала зияла круглая глубокая дыра, известная всем аракешам как «Яма». Это испытание Алидир сам придумал семьсот лет назад. От будущих наемных убийц требовалось войти в лабиринт туннелей под цитаделью Полночи и найти путь на поверхность, в Иссушенные земли. Лишь выжившие имели право называться аракешами, но для этого им нужно было проложить путь через орды чудовищ и кошмарных тварей, населявших лабиринт.
– Много лет вы без устали тренировались, – завел Отец свою обычную речь. – Пройдите последнее испытание и станьте истинными хозяевами тьмы.
Алидир окинул взглядом двадцать будущих аракешей. Он знал всех, каждый из них однажды становился его учеником. Он знал также, что не все они выберутся из Ямы, жертвы были всегда. Алидир по привычке вгляделся в их лица, запоминая самых многообещающих, тех, из кого можно будет выковать новую Мать или Отца…
Он мысленно посмеялся над собой: скоро необходимость во всей этой возне отпадет.
Даже Ро Досарн, считавшийся мастером среди аракешей, не смог бесшумно подобраться к Алидиру: тот обернулся, не спуская с него взгляд. Ро встал рядом, облокотившись о перила. Благодаря лечебным зельям наставника его раны практически исчезли. Вот бы зельями можно было излечить уязвленную гордость!
В абсолютной тьме у аракешей, настоящих и будущих, обострялись до предела все пять чувств, но никто не сравнится в проницательности с Настой Нал-Акетом. Отец, без сомнения, знал, что Алидир и Ро наблюдают с галереи, Алидир и не скрывал своего присутствия. Они с Ро умели выравнивать сердечный ритм, и по ровному сердцебиению не угадать было намерений.
«Я позаботился о людях Отца», – жестами, известными только аракешам, передал Ро.
«Их было много?» – жестами ответил Алидир, зная, что собеседник прекрасно его видит.
«Больше, чем я думал. Но теперь он один».
«Значит, время пришло».
Ро кивнул и просигналил другим убийцам. По его команде больше сотни аракешей заполнило галерею, столько же ворвалось в зал. Они окружили Отца, встретившего их безо всякого удивления, и замерли. В недоумении ученики отступили от Ямы.
– И что же все это значит? – спросил Отец, в упор глядя на Алидира пустыми глазницами.
Алидир вышел на середину балкона, погладил кончиками пальцев перила, наслаждаясь моментом. Как же долго он подчинялся человеческим ничтожествам, правящим Полночью, и вот, наконец, пришло время избавиться от последнего Отца!
– Я оспариваю право Насты Нал-Акета на трон! – объявил он собравшимся.
Отец не дрогнул, даже не удивился. Это вызвало раздражение у Алидира. Неужели Наста узнал о заговоре и принял ответные меры? Он напрягся, выискивая во тьме сердцебиение союзников старика.
– Тысячу лет тебя устраивало твое положение, Алидир. – Спрятав руки в рукава, Наста обошел Яму. – Так почему сейчас перестало?
– Аракешам пора почувствовать свой истинный потенциал, – ответил Алидир. – Я поведу этот орден в другое будущее. И, боюсь, в этом будущем нет места Насте Нал-Акету.
Он перепрыгнул через перила и, бесшумно приземлившись, сбросил длинные, белые с золотом одежды, обнажив двойные клинки на бедрах. Наста медленно оглядел собравшихся аракешей – не иначе, искал союзников, которых подготовил к этому дню. Алидир едва не рассмеялся ему в лицо, ведь Ро Досарн уже обо всех позаботился!
– Что посеешь, то и пожнешь, Алидир Ялатанил. – Наста сбросил мантию Отца и потянул из ножен Разорителя, знаменитую кривую саблю.
Этот великолепный клинок Алидир когда-то сам выковал для первого Отца. На лезвии были выгравированы древние руны, заставлявшие раны невыносимо болеть даже после лечения.
В мгновение ока Алидир выхватил жаждущие крови мечи. Магия, хранящаяся внутри кристаллов, придала ему энергии, усилила все чувства многократно. Наста не пытался атаковать, но клинкам было все равно: они так и подзуживали напасть, пролить первую кровь.
– Ты еще можешь броситься на свой клинок и уйти достойно, Наста. – Алидир едва сдерживал желание ударить, опасаясь Разорителя.
Отец, стоявший во тьме, среди врагов, рассмеялся.
– Если ты так боишься укуса моей сабли, эльф, то почему не послал кого-нибудь вместо себя?
Алидир в два прыжка сократил дистанцию между ними, высоко взвившись в воздух в последнюю секунду, но рефлексы Насты соответствовали его высокому званию: он отклонился в сторону и попытался разрубить Алидира пополам. Тот сумел уйти от удара, но острейшее лезвие вспороло ткань, пытаясь дотянуться до ребер.
